ЧЕЧЕНЕЦ из ГУЛАГа

рубрика: Книга Памяти

Немецкий унтер-офицер Ханс Беккер попал в советский плен в конце 2-ой мировой войны и, находясь в советском плену, получил 10 лет лагерей.
История, рассказанная им в своей книге, произошла в одном из лагерей ГУЛАГАа.

«САМОЕ КРОВАВОЕ УБИЙСТВО!

В уголовном мире убийство считается обычным делом, я сам столько раз был свидетелем убийств, что мои чувства тоже успели постепенно притупиться. В те времена преступление, которое занимает первые страницы газет на Западе, здесь не дотягивало даже до того, чтобы считаться новостью. В беседах оно упоминалось так же часто, как погода. Даже самые страшные, наводящие ужас случаи ненадолго задерживали внимание; порой такой же кратковременной была и слава злодеев.
Однажды в лагере произошло событие, поразившее всех своей хладнокровной жестокостью. Думаю, оно заслуживает того, чтобы занять достойное место в анналах злодейства.
Все случилось тихим воскресным утром.
В лагере постепенно верх стали брать «козлы».
(К «козлам» относят тех заключенных, которые по собственному желанию, а в некоторых случаях и по принуждению, стали сотрудничать с администрацией исправительного учреждения. В связи с этим остальные арестанты относятся к ним как к предателям).
На сходке было принято решение устранить сразу всю верхушку «козлов» в составе семи человек.
Нужен был человек необычайной храбрости, ловкости и смекалки.
Выбор пал на восемнадцатилетнего юношу-чеченца. Необходимо было убить всех семерых человек до наступления полудня.
Двое из намеченных жертв располагались в 1-м бараке, еще двое — в 4-м, один — в 5-м, наконец, двое в это время находились в лазарете. Все эти строения располагались довольно далеко одно от другого, и палачу нужно было поторопиться, чтобы успеть к сроку.
Молодежь сумела организовать эффективное наблюдение за станом противника, и чеченец-исполнитель постоянно был в курсе перемещений всех потенциальных жертв. В то же время взрослые выдвинулись на направления, откуда можно было ожидать подхода подкреплений для «козлов».
Вооруженный сразу тремя ножами, убийца направился сначала в 5-й барак, прямо в дверях которого встретил свою первую жертву. Он дважды ударил приговоренного обоюдоострым кинжалом в область сердца и один раз в шею, после чего поспешил в 4-й барак.
Один из вождей «козлов» в 4-ом бараке сидел и беседовал со своими приближенными, второй был поглощен игрой в карты. Не прошло и полминуты, как оба были мертвы.
Но теперь в 1-м бараке двое «козлов» и их приспешники были готовы к появлению смельчака, ему больше не сопутствовал фактор внезапности, и оставалось рассчитывать лишь на искусство владения ножом.
В лагерях считалось, что только чеченцы могли рассчитывать на победу в поединке на ножах один против двух и более противников. Представители этого народа были чрезвычайно агрессивны и подвижны, вступали в поединок с озлобленной решительностью, невзирая на численное превосходство противника.
Через четверть часа барак номер 1 стал похож на бойню — посеченные ударами ножа трупы ещё двух «козлов» остались лежать на полу.
Тем временем чеченец отправился к последнему пункту драмы, в лазарет.
По дороге он прошел мимо двери моего барака, где я как раз наслаждался субботней неторопливо выкуренной сигаретой. Те из нас, кто не был в курсе происходившего, не заметили ничего необычного. Если вам дорога жизнь, то, увидев, как бандиты режут друг друга, вы вовсе не поспешите рассказать об этом охране. Скорее вы предпочтете притвориться, что ничего не заметили, и никак не будете упоминать об увиденном, пока оно не станет достоянием лагерных исторических хроник. И я конечно же не оставался бы стоять на самом виду, если бы понимал, что вот-вот должно случиться.
Проходя мимо, чеченец вырвал у меня изо рта цигарку, одарил дружеским оскалом и с гордым видом продемонстрировал мне свои руки, которые были в крови по самые локти. Прежде чем я успел прийти в себя и что-то сообразить, он уже ушел.
И тут же в лазарете начался настоящий переполох. Вскоре оттуда стали поступать ужасающие подробности. Все старики и те из больных, кто мог ходить, поспешили убраться из опасного места прочь. Чеченец грубо расталкивал локтями устремившийся ему навстречу поток людей, которые в панике стремились убежать от него.
Первую жертву он тут же убил прямо в постели. Одна из медсестер, польская монахиня, попыталась бороться с ним и спасти второго приговоренного, последнего из списка, но он как тряпку, отшвырнул ее к двери. После короткой схватки внутри лазарета его задание было выполнено.
Менее чем за полчаса этот человек сумел убить ножом семерых других головорезов, практически не уступавших ему в жестокости.
Потом он беззаботно вышел из лазарета, отмыл руки от крови под краном и заявил монахине, которая продолжала идти за ним:
«Не бойся, на сегодня этого достаточно».
Он протянул женщине один из двух оставшихся у него ножей и проинструктировал её:
«Отдай его охранникам на посту и скажи, что я только что зарезал семерых и, если в течение часа в лагере появится хоть один охранник, он тоже может считать себя мертвым. Скажи им, что я сам приду к ним через час. Не нужно пытаться меня схватить, пусть они лучше не пробуют».
После этих слов он прогулочным шагом направился обратно в свой барак, чтобы доложил об исполнении приговора.
Женщина отнесла нож охранникам и передала им то, что сказал убийца. Когда она закончила рассказ, один из охранников в звании ефрейтора отправился в барак, где жил чеченец. Когда юный убийца увидел его, он вынул свой последний нож и, угрожающе размахивая им, побежал в сторону охранника. Ефрейтор испугался и изо всех сил побежал обратно в сторону караульного помещения. Оба бежали все быстрее и быстрее, но, когда ефрейтор, казалось, был уже почти в безопасности, чеченец нагнал его и по самую рукоятку вонзил нож охраннику в спину. Тот так и упал, умирая с ножом в спине, прямо у полуоткрытой двери в караульное помещение. Никто из его товарищей-охранников не осмелился пошевелить и пальцем, чтобы оказать помощь смертельно раненному.
Стоя над телом, чеченец сердито крикнул:
«Я говорил тебе не приходить в течение часа! Я сам распоряжаюсь своей жизнью!»
Так, бормоча угрозы, он пошел обратно в барак.
Примерно через час он как ни в чем не бывало снова появился у караульного помещения.
Небрежной походкой он спокойно вошел внутрь и просто объявил:
«Ну, вот я и пришел. Делайте теперь со мной, что хотите».

Из книги Ханса Беккера «На войне и в плену. Вспоминания немецкого солдата. 1937-1950».

http://Из книги Ханса Беккера «На войне и в плену. Вспоминания немецкого солдата. 1937-1950».