Category archive

Фото

Горные пастыри

рубрика: Фото

 В одном из дальних регионов Грузии каждую осень происходит, пожалуй, самый красивый в мире перегон скота.

В одном из дальних регионов Грузии каждую осень происходит, пожалуй, самый красивый в мире перегон скота.

Посмотрите, как группа пастухов со своими отарами и собаками спускается с гор Тушетии в долины Кахетии – дорога тяжела и опасна, но это не повод, чтобы не выпить вечером у костра.

Летом склоны Тушетских гор покрыты роскошными зелеными пастбищами, но осень приходит сюда рано, и уже в начале октября пастухи начинают собирать свои отары, чтобы успеть спуститься до наступления зимы.

Эти шестеро молодых приятелей – одна из десятков групп, уходящих на лето в горы Тушетии. На их попечении 1200 овец, и на то, чтобы спуститься вниз с горной стоянки, у них уйдет три дня.

Главный в этой группе, похоже, Сулхан Гигоидзе. Ему 29 лет, когда-то он бросил технический вуз и стал пасти овец. «Не хотелось жить с людьми», – говорит он.

Второй день перехода – самый трудный: отарам предстоит преодолеть опасный Абанский перевал (2800 метров над уровнем моря). Утром мы минуем одно за другим горные озера. Приходится быть осторожным: время от времени со скал срываются увесистые обломки.

Один из пастухов проделывает этот путь впервые в жизни. Джорджика (сейчас этому щенку грузинской горной собаки три месяца) бросила мать, зато у людей он стал любимчиком.

Грузинская горная собака – выносливая древняя порода, сбивающая овец в отары и защищающая их от волков.

Эту породу специально выводили так, чтобы собаки не отличались от овец ни размером, ни цветом. Издалека их просто не видно, а значит, волкам приходится относиться с опаской ко всем отарам без исключения.

У Дато Чхареули овцы сбились с дороги – на горных серпантинах легко потерять ориентацию.

Перед перевалом мужики садятся пообедать: соленый овечий сыр, хлеб, рыбные консервы…

…и чача – жутко крепкая водка, которую делают из отходов винного производства. Пастухи выпивают по три рюмки. Каждый раз с тостом – за горы, за гостей, за друга, недавно погибшего на этом же перевале.

Восхождение начинается сразу после обеда. Дорога, ведущая через Абанский перевал, считается одной из самых опасных в мире.

Нас обгоняет грузовик, с обломками сорвавшейся с перевала машины. Гигоидзе говорит, что как раз на ней и разбился их друг, за которого они пили.

Гигоидзе следит, чтобы овцы не отбивались от стада. По мере подъема дождь сменяется градом, а потом и снегом.

Примерно 85% стада составляют овцы, остальные – бараны. Тушетинские овцы славятся своей выносливостью, и мясо у них очень сочное, с густым приятным вкусом. Шерсть у них слишком грубая, поэтому после стрижки ее просто сжигают. В задней части туловища у овец этой породы формируется запас жира – на случай непредвиденных обстоятельств. При ходьбе он болтается из стороны в сторону. За одну такую овцу дают примерно 60 долларов.

Наверху дует жуткий пронизывающий ветер. Спрятаться негде, поэтому овцы рвутся вперед. Им нужно как можно скорее попасть в тепло по другую сторону перевала.

На другой стороне пастухи сгоняют овец с дороги-серпантина и пускают стада прямо по склону.

Тут-то пастухам и пригодятся палки – отбивающихся от стада овец то и дело приходится колотить.

Пока овцы тащатся вниз по склону, собаки укладываются поспать.

Маленький Джорджик совсем выбился из сил. На самых крутых склонах он скулит от страха, а в опасных местах пастухи берут его на руки.

Отара возвращается на дорогу, но ненадолго. Им надо во что бы то ни стало добраться до тепла, пока не стемнело.

Дойдя до границы распространения леса, овцы бросаются вниз по невероятно крутому склону.

Темнеет. Измученные дорогой овцы преодолевают последние километры маршрута. Они практически безостановочно двигались в течение 12 часов. Сулхан подсчитывает потери: восемь овец – типичная цифра для большой отары, преодолевшей перевал.

Стоит только овце остановиться – из-за усталости или травмы, она уже не жилец. Либо она погибнет от холода, либо ее задерут волки, либо забьют на мясо местные жители.

На привале выясняется, что дрова не горят – слишком мокрые. Один из пастухов просовывает между тлеющими поленьями сначала один, а потом и второй резиновый сапог, и через некоторое время костер начинает полыхать.

Пастухи стараются обсушиться и в процессе то и дело прикладываются к чаче. Наконец, все укладываются спать. Маленький Георгик залезает в спальник к Чхареули. Там тепло, спальник войлочный.

На следующий день отара достигает цивилизации. Погода опять такая, что можно ходить в футболках.

А мужики первым делом покупают пиво.

Теперь, когда горы позади, отара проведет недельку в долине, чтобы привыкнуть к теплу и отъесться, а потом продолжит свой путь. От зимнего пастбища на границе с Азербайджаном их отделяют примерно 200 километров.

Самое трудное позади, и Джорджик заметно повеселел. Скоро он, впрочем, узнает, что после спуска всегда бывает восхождение. Весенний подъем в горы еще опаснее. Но к тому времени он станет уже взрослой собакой: пастухи перестанут с ним нянчится, и ни в чей спальный мешок он уже не поместится.

 

Эймос Чаппл

https://www.currenttime.tv/a/28819555.html

 

идти наверх