Category archive

Разное

ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ ТАТЬЯНЫ РУБЦОВОЙ «ПОИСКИ ПРОПАВШЕГО БЕЗ ВЕСТИ».

рубрика: Разное

МОЛОДАЯ ЖЕНЩИНА ПРИЛЕТА В МОСКВУ ИЗ БЛИЖНЕГО ЗАРУБЕЖЬЯ. СЕЛА В ТАКСИ. ПОЕХАЛА.

Шофер повеселел. Видно и ему не терпелось сходить кое-куда. Он припарковал машину к стоянке, не вставая с места, вытянул руку и отпер заднюю дверцу.
— Пошли, платный туалет справа по курсу.
Ольга не поняла и стояла, озираясь.
— Туда, иностранка, — легонько подтолкнул ее шофер. — Вот, видишь: Ж и М. Вперед и не ошибись.
Ольга отступила на шаг от излишне разговорчивого водителя и пошла к указанному строению, чувствуя, что внутренне краснеет. Водитель, весело насвистывая, тоже направился к туалету. Мысль о возможности грабежа не оставляла Ольгу все время, пока она находилась в кабинке. «Уедет с сумкой, — думала она. — Очень даже просто». Перспектива остаться в Москве в одном единственном брючном костюме, казавшимся теперь снятым с пугала, не улыбалась ей.
Торопясь и едва оправившись, она выскочила наружу и прямо от дверей стала озираться. Свое такси она увидела на прежнем месте и уже не торопясь, направилась к стоянке.
Она сделала только два шага. На нее налетели, толкнули, грубо схватили за горло, и мужская жилистая рука прижала ее к чему-то живому и твердому, а в горло уперлось острие ножа.
— Стоять, всем стоять! — над ней прокричал слегка сдавленный одышкой мужской голос без истерического надрыва, но с неприкрытой сильной злобой. — Я убью ее, если вы только шевельнетесь, и ни один поп не даст вам отпущение за этот грех.
Последнее он произнес спокойнее, дыхание, до этого с силой разрывающее легкие, восстановилось, а в голосе появилась насмешка.
Ольга с силой упиралась затылком во что-то металлическое и острое, наверное, в крупную пуговицу, и чувствовала, что острие ножа все глубже продавливает кожу в ямке возле ключицы. Она бессильно смотрела, как из отхлынувшей толпы замерших прохожих сразу выделились несколько коротко стриженных парней в одинаковой джинсовой одежде, застывших в одинаковой позе: правая рука в кармане, одна нога чуть впереди другой для упора перед прыжком.
— Руки вверх, оружие на землю. Без шуток, а то вы осиротите ее детей.
Ольга молчала. Ей было неудобно и больно стоять с ножом у горла. Она сглотнула и тут же рука, державшая ее, напряглась сильнее.
Парни бросили оружие себе под ноги.
— Слушай, братан, — начал один из них.
— Твой братан чистит унитазы! — рявкнул парень. — Три шага назад. Все! Живо!
Ребята в джинсовой одежде были молоды и неопытны. Они подчинились, краснея и бледнея от сдерживаемой ярости.
Ольга наблюдала за ними с отрешением постороннего зрителя. Она уже успела привыкнуть к неподвижности, когда тот, кто держал ее, сорвался с места. Ребята в джинсах тоже зашевелились, напряглись, пытаясь что-то предпринять.
— Назад, не двигаться, — рявкнул тот, таща за собой Ольгу чуть не волоком и передвигаясь боком, чтобы видеть своих преследователей. — Держите руки так, чтобы я их видел.
С силой он придвинул Ольгу к чему-то гладкому и твердому, и прижал так, что та откинулась назад, только тут подсознательно поняв, что это машина.
— Так, бензин, масло. Валом. Вперед. Падай на сидение.
Он отпустил горло Ольги, тут же распахнул перед ней дверцу и втолкнул на водительское сидение.
— Двигайся, детка, живо.
Единственный шанс Ольги вырвать ключ зажигания, бросить ему в ноги и выскочить через вторую дверцу, она упустила, по-прежнему заторможено исполняя его приказы.
Только секунду дал ей парень, тут же садясь на край сидения и с силой толкая ее дальше. Ольга неуклюже ткнулась в соседнее сидение, запуталась ногами среди каких-то выступов, и следующий толчок парня едва не опрокинул ее на пол машины. Подобравшись и с трудом перемещаясь, смогла она, наконец, сесть, как следует. Машина уже трогалась, разворачиваясь. Парень держал руль обеими руками и не отводил взгляд от лобового стекла. Автомат лежал на его коленях, а нож он засунул под себя, и рукоятка выглядывала из-под джинсовой штанины.
В спешке набрав обороты, он повел машину резко, и при крутом повороте Ольгу бросило назад, потом вбок, и она машинально схватилась за локоть парня.
По-прежнему, не отводя взгляда от лобового стекла, он левой рукой перехватил ее запястье и с силой притянул к ручке над дверцей пассажирского сидения.
— Вот, держись за это, — без раздражения, но холодно велел он и тут же забыл о ней.
Вид в лобовом стекле дрожал, менялся, наезжал и проносился мимо с ужасающей скоростью. Ольга, чувствуя, как внутри нее все леденеет и сжимается, вцепилась в ручку обеими руками.
Машина неслась по дороге, уворачиваясь от встречных машин. Визжали тормоза, Ольгу кидало из стороны в сторону, она больно стукалась, пока не бросила свою ручку и сжала лицо руками, запутавшись в упавших на лицо длинных волосах.
Сильная рука прижала ее к спинке, и что-то щелкнуло рядом. Дернувшись, она почувствовала на груди предохранительный ремень. Схватившись за него и откинув назад разметавшиеся волосы, она повернулась к водителю.
— Ты хочешь убить меня? – обреченным голосом спросила она.
Тот удивленно взглянул на нее и тут же перевел внимание на дорогу.
— Ты слышишь меня? Что, так трудно ответить?
— Не собираюсь я тебя убивать, успокойся.
— Зачем же ты меня затащил в машину?
— Чтобы меня не убили.
— Значит, прикрылся мной, да? Напакостил, а когда пришло время отвечать, за бабу спрятался, да?
— Заткнись, если не хочешь, чтобы мы разбились.
Машина тут же сделала такой вираж, что Ольга едва не повисла грудью на своем ремне. Заскрипели тормоза, она помимо воли вскрикнула, зажимая глаза ладонями. Только спустя время она осмелилась открыть их, медленно опуская перед собой руки. В лобовом стекле одиноко летело под колеса широкое полотно, по сторонам зеленела высокая трава. Несмело посмотрела Ольга вбок: парень, расслабившись, сидел на водительском сидении, положив обе руки на руль. Потертая джинсовая рубашка с закатанными по локоть рукавами и расстегнутым воротом открывала на груди полосатую солдатскую майку. Довольно приятное продолговатое лицо с чуть удлиненным носом, твердым подбородком и упрямыми складками у губ, было сейчас спокойно. Темно-карие глаза смотрели перед собой. Очень короткие черные волосы над невысоким упрямым лбом торчали ежиком.
Ольга перевела взгляд на зеркало заднего обзора, глаза парня тоже скользнули по нему и, встретившись с ее взглядом, насмешливо подмигнули.
После такой мальчишеской выходки парень небрежно засвистел.
— Отпусти меня, а? — тихо попросила Ольга.
— Здесь? Посреди дороги? Да куда ты денешься потом? — он усмехнулся с превосходством сильного вооруженного человека. — Тебя тут изнасилуют, убьют и разберут на органы.
— А ты?
— Что – я?
— Ты не убьешь?
— Что? Никак не въедешь – я не собираюсь тебя убивать.
Ольга покачала головой и отвернулась к боковому окну.
— Эй, — окликнул ее парень после недолгого молчания. — Откуда приехала?
— Тебе-то что?
— Я тоже не москвич.
— А что здесь делаешь?
— Шкуру свою спасаю, — неожиданно грубо оборвал он и угрюмо замолчал.
Вот машина въехала в лес, потряслась по кочкам и остановилась под ветвями разросшегося куста.
Парень медленно отпер свою дверцу и стал выходить из машины. Полностью пришедшая в себя молодая женщина опередила его, рывком распахнула настежь дверцу и, выскочив, опрометью бросилась прочь. Ничего не видя от страха, Ольга налетела на куст, ободрала руки и запуталась в его ветках.
Лишь глухо матюгнувшись, парень кинулся за ней, придерживая локтем болтающийся за спиной автомат. У Ольги были короткие ноги и высокие каблуки. Парень настиг ее в три прыжка, схватил за локоть и рванул к себе. Ольга бы упала, если бы он тут же не поддержал ее и, не говоря ни слова, поволок в том же направлении, куда она бежала. Впереди, сквозь ветви, угадывался небольшой лесной домик.
Парень тащил ее туда, почти бежал, но, приблизившись, остановился за широким стволом ели.
— Слушай, красотка, я хочу, чтобы ты въехала, наконец, в одно: я хочу жить, пока не сделаю кое-что важное. Встань только на пути, и я раздавлю тебя.
Ольга отстранилась от него, как могла, а он склонился над ней и выражение его лица испугало ее до дрожи.
— А теперь, красотка, вперед, и, если выкинешь что-нибудь еще, точно кто-то там останется сиротой, тогда уже конкретно. Шагай. Подойдешь к двери и постучишься. Вперед.
Подтащив Ольгу с такими словами к углу дома, он толкнул ее к двери.

https://andronum.com/product/rubtsova-tatyana-poiski-propavshego-bez-vesti/?fbclid=IwAR0q9IzkvuPNdO5wO0uKtouE4LtmlLp6GzVYFrMLUyOFBMm9n8OXl2c5a-Q

Тайна Жерон-Канта

рубрика: Разное
1. Герой без роду и племени

В чеченском фольклоре обнаруживается странный герой, которого в нем, казалось бы, не должно быть. Каждый уважающий себя чеченец и по сей день должен назвать поименно по крайней мере семь своих прямых предков и перечислить хотя бы главные их деяния и черты характера. Кроме того, чеченец должен знать название своего тайпа и указать родовую гору и родовой замок. И вдруг центральным героем фольклора и эпоса такого народа, столь свято чтящего свою генеалогию, оказывается какой-то безымянный Жерон-Кант («Сын Вдовы»).

Он, этот Жерон-Кант, Сын Вдовы, пришел в чеченскую традицию словно из другого мира, далекого и чуждого, но в силу каких-то причин сумел занять в ней не просто почетное, а центральное место. Сын Вдовы настолько популярен в сознании чеченцев, что даже известные исторические события и персонажи привязываются к его личности. Так, именно Жерон-Кант стал главным действующим лицом некоторых версий эпической поэмы (илли) об уничтожении российскими войсками равнинного чеченского селения Дади-Юрт в 1816 году.

Однако подобные реминисценции все же редки и сюжеты, органически присущие сказаниям о Жерон-Канте и разворачивающиеся через его приключения, легко узнаются. Дело в том, что эти сюжеты объединены в некий канон, чья схема, в общих чертах, такова.

От какого-то безымянного героя, который незадолго до этого то ли погибает, то ли исчезает, рождается сын, который растет под присмотром своей матери. Этот мальчик получает имя-прозвище Жерон-Кант, то есть Сын Вдовы. С самого раннего детства Сын Вдовы отличается от своих сверстников чудесной силой и честолюбием. Во время мальчишеских игр он по неосторожности ломает конечности своим товарищам и те, обозлившись, начинают обзывать его безотцовщиной, бастардом. Жерон-Кант не столько разгневан, сколько опечален таким обвинением. Он идет к матери и требует назвать имя своего отца. Женщина долго отказывается это сделать, и в некоторых повествованиях Жерон-Кант даже причиняет ей боль, чтобы добиться правды о своем происхождении. В конце концов, Жерон-Кант узнает, что его отец был великим героем и мать указывает ему место, где хранятся оружие и доспехи его отца. Где-то в тайной пещере оказывается и боевой конь родителя, завещанный им сыну, причем Жерон-Канту приходится усмирить его, доказав свою силу. Сын Вдовы вооружается, облачается в доспехи отца, седлает коня и начинаются странствия и приключения вчерашнего мальчишки, который с чудесной скоростью (как и положено в сказках) становится юным прекрасным витязем.

Что он ищет в своих странствиях? Сказания дают ясный ответ на этот вопрос: Жерон-Кант ищет доказательства своего славного происхождения и желает подтвердить его подвигами. Он мстит коварным убийцам отца, спасает от похитителей или спесивого князя прекрасную девушку, обретает верных друзей и с триумфом возвращается домой с невестой на крупе коня, на радость и счастье своей матери, исстрадавшейся в одиночестве. Такова канва бесчисленных историй о Жерон-Канте, но иногда в них вплетаются загадочные мотивы, объяснение которых открывает нам удивительные сведения.

2. Почему его зовут «сыном вдовы»?

Следует сказать, что в древних восточных традициях любая незамужняя женщина, в том числе вдова, воспринималась как девственница. Это любопытное обстоятельство отмечено в эзотерической литературе, исследующей различные аспекты жизни и деятельности Иисуса Христа. Поэтому в сакральном контексте выражение «сын девственницы» могло быть идентичным выражению «сын вдовы», то есть незамужней женщины.

Как мы знаем, в христианстве общеупотребительным обозначением Иисуса Христа  является «Сын Девственницы», то есть девы Марии, которая произвела его на свет в результате непорочного зачатия. Однако некоторые древние мистические сообщества (манихеи, катары, тамплиеры, богомилы и т.д.) называли Иисуса «Сыном Вдовы».

Эпитет «Сын Вдовы», которым нарек себя во II в. н.э. персидский проповедник Мани (основатель манихейства), вновь связывает это обозначение с Иисусом, так как Мани, назвав себя «Сыном Вдовы», одновременно с этим провозгласил себя также и «Христом, вернувшимся в мир».

Все эти факты показывают, что в мистических традициях, включая и масонскую, словосочетание «Сын Вдовы» есть такой же устойчивый эпитет Иисуса, каким в христианстве является эпитет «Христос» («спаситель», «мессия»). Если читателю показалось, что мы через эти сопоставления пытаемся связать между собой Жерон-Канта (Сына Вдовы) из чеченского фольклора и эзотерический образ Иисуса Христа (Сына Вдовы), то он не ошибся – именно таково наше намерение. Но дальнейшее нашему читателю может показаться еще более необычным.

3. Поиск Святого Грааля

В Средние века, в эпоху крестовых походов, в разных концах Западной Европы вдруг стали появляться романы о рыцарских странствиях в поисках Святого Грааля (Сан Грааля). Наиболее известные романы о Святом Граале следующие: «Персеваль или сказка о Граале», написанный французом Кретьеном де Труа около 1188 года; «Роман об истории о Святом Граале», написанный французом Робером де Бороном между 1190 и 1199 годами; «Перлесваус» (искаженное «Персеваль»), написанный неизвестным английским автором почти одновременно с Робером де Бороном; «Парцефаль», написанный немцем Вольфрамом фон Эшенбахом между 1195 и 1216 годами; «Смерть Артура» англичанина Томаса Мэлори, написанный в 1407 году.  Все остальные романы этого цикла являются более или менее удачными подражаниями вышеназванным авторам.

В этих средневековых произведениях упоминаются Иисус Христос и легендарный кельтский король Артур. Но главный персонаж – рыцарь Персеваль (Парцифаль), который странствует в поисках Святого Грааля. Предметом поиска является чудесная чаша, которая, как объясняют авторы романов,  хранит в себе «кровь Христа». Не будем забывать, что во многих языках мира «кровь» является синонимом слова «потомство». Иногда в романах прямо говорится, что рыцарь Парсеваль ищет своего отца, а по пути женится на прекрасной деве, мстит своим врагам и, в конце концов, узнает, что является потомком самого Иисуса Христа. Словосочетание «Сан Грааль» при иной разбивке (Санг Рааль) означает на старофранцузском «королевскую кровь». И поэтому чаша Святого Грааля, содержащая в себе «кровь Иисуса Христа», действительно является лишь слегка зашифрованным эвфемизмом «королевской крови».

И все встает на свои места, когда мы узнаем, что Парсеваль представлен Кретьеном де Труа в качестве «Сына Вдовы», и это именно то обозначение, под которым мы впервые знакомимся с этим героем: «Сын Вдовы из Безлюдного Леса, проснувшись, быстро оседлал коня и, взяв три копья, отправился на охоту…» – так средневековый французский писатель начинает свое повествование о Персевале.  И далее это словосочетание – Сын Вдовы – в отношении Персеваля многократно повторяется. Вероятно, читатель уже обратил внимания на то, что цель странствий и перечень подвигов средневекового Парсеваля («Сына Вдовы») в довольно точно дублируют приключения Жерон-Канта («Сына Вдовы») из чеченских сказаний. Но это только начало удивительных совпадений.

4. Третий сын турпала Эли

Турпал Эли – так чеченцы зовут последнего из числа четырех праведных халифов, Али ибн Абу Талиба. Турпал значит «герой», «витязь». Нижеследующее имеет весьма отдаленное отношение к биографии реального халифа Али, но вот что рассказывается в одном из чеченских преданий.

Во время своих странствий турпал Эли повстречал девушку-христианку («кераст») удивительной красоты и на какое-то время остался с ней жить как с супругой. Затем ему понадобилось уехать по своим делам, и он на прощание подарил христианке медальон, наказав повесить его на шею ребенку, если родится мальчик. Вскоре после отъезда турпала Эли на свет появился его сын, которому мать дала имя Иса (Иисус).

Иса рос шаловливым ребенком и, превосходя силой своих сверстников, часто их калечил во время детских игр, впрочем, совершенно непреднамеренно. Дети, наконец, обозлились и назвали Ису безотцовщиной, бастардом.

Глубоко расстроенный словами своих товарищей, Иса пришел к матери и потребовал, чтобы она назвала имя его отца. Мать отказалась, и тогда Иса, схватив ее руку, прижал ее к раскаленной сковороде. Не выдержав боли, женщина рассказала Исе, что его отец – сам великий герой Эли. Затем Иса получил от матери заветный медальон и отправился на поиски отца.

Турпал Эли и два его сына Хасан и Хусейн строили на берегу моря башню. Сыновья подавали отцу камни, на которые тот им указывал, а турпал Эли производил кладку. Он указал сыновьям на очередной камень, но им даже вдвоем оказалось не по силам поднять его. Проходивший мимо незнакомый юнец, увидев их тщетные усилия, легко поднял тот камень и подал его турпалу Эли.

Глубоко уязвленный тем, что какой-то безвестный прохожий оказался сильнее его сыновей, турпал Эли заставил их по очереди бороться с ним. Юнец без труда победил обоих. Тогда турпал Эли сам стал бороться с незнакомцем, но тоже был положен на лопатки. Во время борьбы рубашка на груди юноши разошлась и турпал Эли увидел на его шее медальон, оставленный им когда-то для еще не родившегося сына. С радостным криком турпал Эли обнял своего младшего сына, но тот, узнав, что боролся со своим отцом, со стыда бросился в море и утонул.

Прошло много лет. Турпал Эли, почувствовав приближение смерти, приказал своим сыновьям взять его чудесный меч, удлиняющийся при взмахе на 15 ладоней, и бросить его в море на том месте, где утонул их брат. Хасану и Хусейну стало жалко расставаться со столь чудесным оружием и они вернулись домой, спрятав меч в укромном месте. Турпал Эли спросил у них, что они увидели, бросив меч в море. Братья ответили, что меч просто ушел под воду. Поняв, что сыновья лгут, турпал Эли пригрозил, что он проклянет их, если они в точности не выполнят его волю и после этого Хасан и Хусейн вернулись с мечом на берег и бросили его в море. Придя домой, они рассказали отцу, что в тот момент, когда брошенный ими меч коснулся поверхности моря, вода разошлась, обнажилось дно с зеленой травой, на траве был расстелен ковер, а на ковре возлежал их утонувший брат и читал Коран. Он протянул руку, поймал меч и вода снова сомкнулась над этим местом.

Убедившись, что сыновья на этот раз говорят правду, турпал Эли поведал им, что сын его – сам великий пророк Иса (Иисус), который перед концом света вернется в мир и сразит Антихриста (Даджаля), который причинит людям много зла. И у него в руках будет тот самый меч, который они бросили в море.

Вариант этой легенды, опубликованный И.А. Дахкильговым, некоторыми деталями отличается от нашей, записанной в селении Гехи, от стариков, живущих в кварталах тайпа Нашхо. Наиболее полный вариант этого предания был нами записан от Бакаевой Сациты 1927 г.р., которая хранила в своей памяти подлинные сокровища чеченского фольклора.

Читатель может пожать плечами: каким образом халиф Али (турпал Эли) мог оказаться отцом Иисуса Христа (Исы), который жил на шесть столетий раньше него? И вообще, не представляет ли собой эта легенда сплошную путаницу?

Все не так просто. Сейчас нам откроются очень странные вещи.

5. К кому взывал распятый Иисус?

Не только Коран (4:156-157), но и самые ранние евангелия, отнесенные отцами церкви к разряду «апокрифических», свидетельствуют, что Иисус Христос не был распят. В декабре 1945 года близ египетской деревни Наг Хаммади были найдены папирусные свитки с текстами древнейших евангелий, впоследствии национализированные египетским правительством и в 1977 году, после систематизации и изучения, изданные на английском языке. Среди текстов («Парафраз Сета») обнаружен рассказ самого Иисуса Христа с описанием казни:

«Я умер только с виду, это другой был на моем месте и выпил желчь и уксус. Они побили меня тростником, но крест на своих плечах нес другой, Симон. На другого надели терновый венец… А я лишь улыбался их неведению».

Итак, приведенный выше отрывок указывает, что распятию подвергся некий Симон, упоминаемый также и в канонических евангелиях от Матфея (27:30-32), Марка (15:20-21) и Луки (23:26). Однако официальная христианская догма непоколебимо стоит на утверждении, что Иисус Христос подвергся распятию на кресте. И, чтобы приблизиться к разгадке таинственного чеченского предания о турпале Эли, который представлен как «отец» Исы (Иисуса), нам важно узнать, что произнес Иисус перед смертью на кресте, обращаясь, как утверждают христианские канонические евангелия, к своему отцу («Богу-Отцу»).

В Евангелии от Матфея Иисус умирает со словами: «Или, Или! Лама савахфани?».

В Евангелии от Марка предсмертные слова Иисуса звучат так: «Элои, Элои! Ламма савахфани?».

И оба евангелия дают такой перевод этим словам: «Боже Мой! Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?».

Таким образом, если на время забыть все остальные детали, Эли оказывается «отцом» Иисуса не только в чеченском предании, но и в общепризнанных в христианском мире евангелиях от Матфея и Марка.

Можно подвести некоторые предварительные итоги. Мы узнали, что в иудаистской и тесно связанных с последней эзотерических традициях «Сын Вдовы» – устойчивый эпитет Иисуса Христа. В предании о турпале Эли Иисус Христос представлен как классический Жерон-Кант («Сын Вдовы»), который, как и все остальные чеченские фольклорные персонажи из этой категории, пускается на поиски своего отца. В христианской традиции Иисус, взывая к своему «отцу», называет имя Элои (Или), и это имя звучит похоже на Эли из чеченского предания, который также представлен в роли «отца» Иисуса. Поставим вопрос: удалось ли нам нащупать важную связь между Жерон-Кантом из чеченских преданий и христианским образом Иисуса? У нас есть основания ответить на этот вопрос утвердительно. Но в наших руках оказалось лишь начало той путеводной нити, что ведет к удивительным открытиям.

6. Халиф Али и его обожествление

Интересно было бы узнать, как чеченцы-мусульмане могли без внутреннего протеста рассказывать истории, в которых праведный халиф предстает «отцом» Иисуса Христа, то есть одного из наиболее почитаемых в исламе пророков? В наших словах нет обвинений, так как эти истории зародились очень давно и отнюдь не в Чечне.

Еще в VII веке, при жизни халифа Али ибн Абу Талиба (чеченский «турпал Эли») некий йеменский еврей Абдаллах бен Саба’ принял ислам и объявил себя преданным сторонником халифа Али. Ссылаясь на Тору, бен Саба’ доказывал, что у каждого великого пророка был преемник духовного завещания (васи). Халиф Али, говорил он, является преемником духовного завещания пророка Мухаммада (с.а.с.), а поскольку пророк ислама – лучший и величайший из пророков, то и Али – лучший из преемников духовного завещания.

Эти утверждения, распространившись среди последователей ибн Саба’а, постепенно доросли до полного обожествления халифа Али и к идее таваккуфа («остановки») имамата Али, отрицавшей его смертность. По преданию, халиф Али, узнав о догмах секты таваккуфистов, пришел в неописуемый гнев и приказал предать их жестокой казни. Но некоторые из них спаслись бегством и осели в Иране. Так в исламе появилось течение, получившее название «крайний шиизм», тогда как представители «умеренного шиизма» давно отказались от идей таваккуфа и считаются одним из исламских мазхабов.

В XV в. от крайних шиитов отпочковалась еще более радикальная секта ахл-и-хакк («люди истины»), которая довела культ Али до полного его обожествления, утверждая, что Аллах воплотился в теле Али. Эти предельно кощунственные измышления постепенно распространились среди шиитов Ирана, Турции, Афганистана, Сирии и т.д.  Свое дальнейшее развитие эти порочные идеи получили в турецкой секте Бекташи, тесно связанной с алавитами. Представители ордена Бекташи поклоняются «мусульманской троице» в образах Всевышнего Творца, пророка Мухаммада (с.а.с.) и халифа Али, постулируя, по примеру христиан, их «единую природу», и в своих обрядах причащаются вином и сыром.

Таким образом, чеченское предание о «турпале Эли», представленном в качестве «отца» Исы (Иисуса), имеет отчетливо прослеживаемую связь с догматической базой «крайнего шиизма» с его сектантскими ответвлениями, обожествляющими халифа Али и делающими его тождественным «Богу-Отцу» из христианской троицы. С этой извращенной точки зрения Иса (Иисус) действительно мог быть воспринят как «сын» имама Али (турпал Эли в чеченском предании). Однако поразительные вещи, связанные с образом Жерон-Канта («Сына Вдовы»), открываются не на Востоке, а на Западе, куда мы теперь должны мысленно вернуться.

7. Потомство Иисуса Христа

В 70-х и 80-х годах XX-го столетия в Западной Европе (в основном во Франции и Швейцарии) стали в большом количестве публиковаться анонимные брошюры, в которых рассказывалось о том, что Иисус Христос погиб не на кресте, а дожил до преклонного возраста и пал с оружием в руках, защищая от римлян иудейскую крепость Моссад. А задолго до этого, в 33 году новой эры Иосиф из Аримафеи, упоминаемый во всех четырех канонических евангелиях, забрал жену Иисуса Марию Магдалину и его детей и перевез их по морю в Марсель (Южная Франция), где в ту пору обитала крупнейшая в Европе колония евреев. Там следы семьи Иисуса надолго затерялись. В брошюрах повествовалось о том, что в раннем Средневековье было создано какое-то общество рыцарей, давших обет найти потомство Иисуса и охранять его от опасностей. Эти усилия по поиску потомков Иисуса были зашифрованы как «поиск Сан Грааля», «Священного Грааля», или, как уже отмечалось выше, при иной разбивке букв в этом словосочетании («Санг Рааль») – «королевской крови». Речь идет о рыцарях Круглого Стола под предводительством короля Артура. Судя по всему, поиски увенчались успехом. Во всяком случае, таинственные брошюры отмечают, что один из прямых потомков Иисуса Меровей (жил в V в.) стал основателем первой династии французских королей – Меровингов.

Если Меровей многими историками воспринимается в качестве легендарного персонажа, то его сын Хильдерик и внук Хлодвиг – вполне реальные исторические деятели. Хлодвиг объединил в единую державу часть Галлии (современная Франция) и многие области Германии.

Здесь следует обратить внимание читателей на одно важное обстоятельство. Германские и кельтские народы, занимавшие в ту пору почти всю Западную Европу и значительные территории Центральной Европы, принимали потомков Меровея как своих естественных властителей, «королей по праву рождения». Это можно объяснить тем, что Меровинги, представленные как потомки Иисуса, воспринимались в народном сознании как «священные короли». Однако, чтобы Меровинги были восприняты в этом качестве, население Западной Европы должно было быть не только христианизированным, но и верить при этом, что у Иисуса могли быть жена и дети, что категорически отвергается всеми течениями ортодоксального христианства, настаивающими на безбрачии Христа. На первый взгляд, мы попадаем в тупик противоречий. Но противоречия эти – не более чем видимость, если вспомнить, что при приемниках императора Константина государственной религией Римской империи стало арианство, отвергающее единосущность Иисуса Христа Богу и, соответственно, признающее сотворенную, земную, человеческую его природу.  Иисус Христос признавался в арианстве лишь посредником между Богом и людьми, то есть, по сути, пророком, вероучителем, наделенным священным статусом и данной ему Богом способностью творить чудеса. По мнению ряда специалистов, именно арианство являлось исконной, первичной формой христианства, а другие ученые-религиоведы считают, что арианство зародилось в IV веке, но все ученые единодушны в мнении, что это вероучение безраздельно господствовало в Западной Европе и некоторых регионах Востока до VI столетия, и именно в эту эпоху (в конце V века) на исторической арене появляется правящая династия Меровингов. Разумеется, арианство как нельзя больше подходило в качестве идеологической базы для воцарения потомков Иисуса Христа, каковыми, очевидно, предстали в глазах верующих-ариан Меровинги.

Необходимо также упомянуть, что у Меровея был предшественник – вождь или король Хлодион, правивший франками начиная с 427 или 428 года. Средневековый автор  Григорий Турский, живший в VI веке, в своей «Истории франков» пишет, что Хлодион состоял с Меровеем в каком-то родстве и далее отмечает характерную деталь, касающуюся внешности первых франкских королей: «Многие же передают, что те же самые франки пришли из Паннонии и прежде всего заселили берега Рейна. Затем отсюда они перешли Рейн, прошли Торингию и там по округам и областям избрали себе длинноволосых королей из своих первых, так сказать, более знатных родов». Сами франки носили коротко остриженные волосы, но все их короли из династии Меровингов отпускали длинные волосы, что дозволялось лишь носителям «королевской крови», обладателям сакральной родословной. Как известно, ношение длинных волос являлось одной из обязанностей назореев, предписанной им Библией: «Во все дни обета назорейства его бритва не должна касаться головы его» (Числа, 6:5). Известно также, что и Иисус Христос был назореем, а его учение иудеи называли «назорейской ересью» (Деян., 24:5). Поэтому, нося длинные волосы, короли из Меровингской династии как бы подчеркивали свое происхождение от Иисуса Христа. Отметим важную деталь: длинные волосы носили не только Меровинги, считавшиеся потомками Иисуса Христа, но и те европейские короли, которые вели свое происхождение от Водана (Одина).

Но вернемся к таинственным брошюрам, которые далее рассказывают, что после убийства короля Дагоберта II в 679 году, совершенного, как утверждают анонимные авторы, по приказу папы римского, его сын Сигиберт был спасен какими-то людьми и тайно переправлен в Ирландию. Там он подрос и перебрался затем в Англию, где женился на девушке-еврейке из старинного библейского рода. Затем Сигиберт прибыл во Францию и открыто предъявил свои права на престол. По всей видимости, за юношей стояла какая-то очень внушительная сила и поэтому узурпаторы-Каролинги побоялись убить его. Ему было предложено удалиться на юг Франции, где в то время обитало огромное количество евреев и арабов, и стать королем этого региона. Все так и случилось. Сигиберт основал на юге Франции еврейское государство, называвшееся «царство Разес». В некоторых средневековых документах отмечалось, что потомками разесских королей, и, следовательно, потомками Меровингов являются знаменитые герцоги Бульонские.

Общеизвестно, что один из герцогов рода Бульон, а именно Годфруа, после удачного для христиан Второго крестового похода вернул себе трон Иерусалима – как потомок Меровингов и (через меровингский род) потомок Иисуса Христа. Не будем также забывать и о том, что в канонических евангелиях одним из главных обвинений, выдвинутых против Иисуса его гонителями, являлось то, что он называл себя «царем Иудейским». Как свидетельствуют канонические евангелия, Иисус не отверг это обвинение и анонимные брошюры приводят доводы в пользу того, что он, по-видимому, обладал правами на царский титул.

Поиски, предпринятые английским исследователем Генри Линкольном (при содействии Майкла Байджента и Ричарда Лея) установили, по крайней мере, один твердый факт – таинственные брошюры публиковались французскими и швейцарскими масонскими центрами.

И здесь всплывает следующее любопытное обстоятельство. Поиск потомства Иисуса Христа был, как мы уже отмечали, зашифрован как «поиск Святого Грааля». В масонской символике это звучит как «поиск потерянного Слова». В Евангелии от Иоанна «Словом» назван Иисус Христос. Значит, как и в случае с рыцарями короля Артура, искавшими Святой Грааль (на самом деле «королевскую кровь», потомство Иисуса), масоны так же считают своим сакральным обязательством поиск и охрану потомства Иисуса, «Царя Иудейского». И тут следует указать, что «потерянное Слово» масонов звучит как «Ху», и мы сталкиваемся со странным совпадением, так как в чеченском слово «ху» – это «потомство», семя». Но мы мало что поймем в подобных совпадениях, если не коснемся той удивительной истории, которая, судя по Библии, случилась с внуками Авраама, братьями-близнецами Иаковом и Исавом, чьи потомки породили две соперничающие между собой во всемирном масштабе королевские династии. Меровинги и Одиниды, судя по всему, европейские ветви этих двух династий.

Любой потомок Иисуса, как носитель драгоценной крови, воспринимался как сам Иисус. Поэтому почитание герцога Годфруа Бульонского выходит далеко за рамки средневековых феодальных отношений. Романы о Святом Граале отмечают, что предком Годфруа Бульонского был таинственный рыцарь по имени Персеваль. Это имя, как мы уже упоминали, неотделимо от эпитета «Сын Вдовы». Интересно, что такое же прозвище («Сын Вдовы», Персеваль) получил в романах о Граале и сам Годфруа Бульонский. Следует полагать, что эпитет «Сын Вдовы» носил не только Иисус. Каждый из его реальных или предполагаемых потомков также именовался «Сыном Вдовы», как носитель священной крови, воспринимаемый в качестве сына, внука, правнука и т.д. девы Марии, которую, как уже упоминалось ранее, в иудейской и эзотерической традициях называют «вдовой». По-видимому, и «хранители священной крови» имели какие-то моральные основания именовать себя «детьми вдовы» – по крайней мере, так по сей день называют себя масоны. И пора, наконец, сказать, что Годфруа Бульонский, будучи «Сыном Вдовы», считался, как установил Генри Линкольн, потомком (сыном или внуком) некоего сакрального персонажа по имени Эли. Сравним: Иса (Иисус) из чеченских преданий, будучи «Сыном Вдовы», оказывается потомком турпала Эли. Годфруа Бульонский, потомок Иисуса и «Сын Вдовы», является сыном или внуком некоего Эли. В евангелиях Иисус Христос обращается к своему отцу, которого называет Или (Элои). Совпадения налицо и теперь настала пора связать воедино открывшиеся нам факты.

8. Линии сходятся

В нашем рассказе мы затронули три сюжетные линии, которые сошлись воедино в образе Иисуса Христа. Линия первая – чеченское предание об Иисусе, «сыне» турпала Эли, и фольклорные повествования о Жерон-Канте («Сыне Вдовы»). Эта линия привела нас к схеме, в которой описано детство Иисуса (или Жерон-Канта, «Сына Вдовы»), растущего без отца; его озорство в играх со сверстниками, которым он неосторожно ломает конечности и которые из-за этого дразнят его безотцовщиной, бастардом; его жгучее желание узнать тайну своего происхождения; его поисков и обретения отца, которого он теряет, бросившись, после борьбы с ним, со стыда в море. Среди апокрифов есть одно очень любопытное евангелие, которое цитирует Генри Линкольн со своими соавторами. Это так называемое евангелие «Детства Иисуса Христа». В этом апокрифе, не включенном отцами церкви в канон, мы видим Иисуса озорным, своевольным ребенком, не умеющим еще контролировать свою силу и калечащим в играх своих друзей-мальчишек. Мы помним, что таким же шаловливым и необузданным ребенком представлен Иисус и в чеченском предании. Все сходится.

Линия вторая – романы средневековых западноевропейских авторов о Святом Граале. В этой линии мы видим «Сына Вдовы» (Персеваля), который ищет своего отца и желает раскрыть тайну своего происхождения. Персеваль, «Сын Вдовы», оказывается «отцом» реального исторического деятеля – Годфруа Бульонского, потомка Иисуса Христа, как уверяют нас анонимные брошюры, изданные французскими и швейцарскими масонскими центрами. Иногда отцом Годфруа называется рыцарь Персеваль, а иногда – Эли. У Вольфрама фон Эшенбаха Эли – не отец Годфруа, а его дед (отец Персеваля). В любом случае, мы здесь наблюдаем ту же цепочку родства, что и в чеченском предании: Эли – Сын Вдовы – Иисус, хотя генеалогическая последовательность этих персонажей может иногда меняться.

Третья линия – канонические христианские евангелия. Казненный на кресте Иисус, которого в иудейской и эзотерических традициях называют «Сыном Вдовы», в минуту отчаяния взывает к своему «отцу» – Элои. Здесь наблюдается та же схема, что и в предыдущих двух случаях: Элои – «Сын Вдовы» – Иисус. Такие совпадения трудно считать случайными.

9. Кто поймал брошенный в море меч короля Артура?

Мы оставляем без подробного разбора цикл легенд о короле Артуре и двенадцати его рыцарях, которые ищут Святой Грааль, или, как мы установили, потомство Иисуса. Упомянем только историю с чудесным мечом Артура. Этот меч держала над водами таинственная рука, которая вручила его Артуру. Король назвал этот чудесный меч Экскалибуром. Умирая после битвы со своим племянником (или сыном) лордом Мордредом, Артур приказывает Ланселоту дю Лаку, последнему оставшемуся в живых из 12 рыцарей Круглого Стола, бросить Экскалибур в море (у Томаса Мэлори в «Смерти короля Артура» эту миссию выполняет рыцарь Бедивер). Ланселот берет меч Артура, идет к морю, но ему становится жалко выбрасывать такое чудесное оружие и он возвращается к умирающему королю, спрятав его на берегу. Артур спрашивает у Ланселота, что тот увидел, бросив меч в море. Ланселот отвечает, что меч просто утонул. Тогда Артур, поняв, что рыцарь нарушил его приказание, отсылает его к морю еще раз, пригрозив проклятием, если тот вздумает снова его ослушаться. Ланселот на этот раз исполняет волю умирающего короля и, вернувшись, рассказывает, что когда он швырнул Экскалибур в море, над водой поднялась рука, поймала меч и весь мир озарился ослепительным сиянием. И Артур, выслушав Ланселота, говорит ему, что меч поймала рука Короля, который когда-нибудь придет в этот мир и установит в нем справедливость.

Легко понять, что умирающий Артур говорит о втором пришествии Иисуса Христа и поразительно, насколько детально сцена бросания чудесного меча в море напоминает аналогичную сцену из чеченского предания. И в том, и в другом случае рука, поймавшая брошенный в море меч, принадлежит Иисусу Христу, и оба умирающих персонажа (король Артур и турпал Эли) предсказывают его возвращение в мир для установления справедливости.

Чудесный меч будущего короля земли Иисуса Христа… Суфии дополняют наши знания, указав точное место, где пребывают до сужденного времени Король и Меч – это «страна Каф», или Кавказ. Именно Кавказ делает обиталищем «таинственного Короля суфиев» энциклопедист суфизма Идрис Шах. Величайший суфийский поэт Руми (Персия, XIII век) в «Диване Шамса Табризи» оставил следующие слова о Короле, то есть об Иисусе: «Я полностью исследовал и Крест, и Христиан. Его не было на кресте. Я побывал в индуистском храме и в древней пагоде, но и там не было следов его. Я дошел до Герата и Кандагара. Я искал. Не было его ни вверху, ни внизу. Решившись, я дошел до горы Каф, но и там я нашел только птицу Анка».

Укажем, что птица Анка – скрытый символ Иисуса, то есть Слова, сошедшего с «неба» (ан), на «землю» (ка), и оба эти слова опять возвращает нас к чеченскому языку, где «ан» и «кха» в значении «неба» и «земли» и по сей день используются в живом общении. Следует также указать на то, что «скрытого Иисуса» суфии называют еще и «Тайным Королем», или «Королем-Рыбой», намекая на его пребывание под водой. Примечательно, что в первые века христианства символом Иисуса Христа был не крест, а рыба. По одной из легенд, записанной летописцем VII столетия Фредегаром, отцом Меровея, основателя Меровингской династии, был какой-то таинственный обитатель моря, в котором можно узнать зашифрованный образ «Короля-Рыбы» или Иисуса Христа. Что касается чудесного меча «Тайного Короля», неотделимого от него самого, то суфии указывают на Кавказ как на место его нахождения, так как и Кавказ, и «Меч Короля» обозначены в восточном мистицизме одинаковым числовым символом 33.

Да, Жерон-Кант поистине полон таинственности. Но окончательная разгадка его тайны – дело будущего.

Разговор с Маской

рубрика: Разное

Вот интересно, стоило выставить в сеть одно интервью с очень интересной Маской, как в друзья попросился еще один человек. Под ником МАСКА. Вот так, большими буквами. И под таким аватаром.
Он написал, что хотел бы рассказать, именно рассказать о себе нечто та-акое…
И я начала задавать вопросы.

Здравствуйте уважаемая МАСКА. Вы мне намекнули, что хотели бы излить душу, все равно как на исповеди. И тема этой исповеди — война.

МАСКА: — Добрый вечер. Ну, да. Война у всех на слуху, сейчас.

Т.Р.: — Да. И так не должно быть. Особенно в наше время. Вы сами были в зоне конфликта?

МАСКА: — Не раз. К сожалению.

Т.Р.: — А где?

МАСКА: — Почти везде, где полыхало, от Афгана, до Крыма. Проще сказать, где не был…

Т.Р.: — Служили срочную?

 

МАСКА: — Начинал со срочной…

Т.Р.: — И застряли в военном быте?

МАСКА: — Как у нас говорят — снаряд в голове застрял. Трудно остановиться, раз попробовав вкус крови.

Т.Р.: — Это страшно — вкус крови. Вас тянет снова и снова туда, где стреляют, и где вы каждую минуту можете умереть? Я просто пытаюсь понять.

МАСКА: — Ну, да… Просто, на гражданке не хватает драйва. Здесь люди другие. Хочется ломать ситуацию через колено. Это невозможно на «гражданке». То, что там обыденность, на гражданке — нарушение закона и преступление.

Т.Р.: — То есть: убивать всех, чья форма не похожа на вашу? Это называется: ломать через колено?

МАСКА: — Не только убивать. Чувствовать себя мишенью — тоже драйв. А потом, раз! И ситуация разворачивается наоборот. Мишень уже стрелок, а не ты.
И отношения — честнее. Нельзя врать тому, кто тебя прикрывает огнём.
Мужчинам свойственно воевать.

Т.Р.: — А те конфликты, в которых вы участвовали, были честные с вашей стороны?

МАСКА: — Никакая война не ведётся честно. Так не бывает. Никогда.

Т.Р.: — Значит вы о себе не можете сказать: наше дело правое?

МАСКА: — Правое, пока у тебя оружие и приказ.
Солдат не думает о политике.

Т.Р.: — Правило двух окопов?

МАСКА: — Не знаю, о чём вы.

Т.Р.: — Тот, кто в другом окопе — враг. Ты его не убьешь, убьет он тебя. Я об этом.

МАСКА: — А это… Ну, да. Или ты, или тебя.

Т.Р.: — Вы участвовали в Абхазском конфликте?

МАСКА: — Немного, да.

Т.Р.: — Ваше дело было правым?

МАСКА: — Тогда думали — безусловно. Нам сказали, что мы воюем за свободу абхазского народа.

Т.Р.: — А на деле?

МАСКА: — А на деле: мы воевали против независимости Грузии, скорей всего. Как и в Приднестровье.

Т.Р. : — Но ведь грузины сами напали на абхазов. Убили миротворцев…

МАСКА: — У грузин не было ещё армии. Миротворцев убивали в южноосетинском конфликте. Гораздо позже.

Т.Р.: — Как думаете, зачем понадобилась зона конфликта в Абхазии?
МАСКА: — Держать грузин на коротком поводке.

Т.Р.: — Это получилось?

МАСКА: — Как видим, да.

Т.Р.: — А в русско-чеченских войнах вы участвовали?

МАСКА: — Нет. Против чеченцев я не воевал. В этом моя совесть чиста. Но провёл там полтора года…

Т.Р: — В качестве кого?

МАСКА: — В качестве гражданского человека. Вывозил людей и грузы.

Т.Р: — Понятно. Не хотелось и там взяться за оружие? Вроде бы и причина была красивая: спасать русский мир.

МАСКА: — Я не сторонник этих штампов. Нет. В Чечне было предельно ясна роль российской армии и политика правительства. Я не каратель.

Т.Р.: — По-вашему, наша армия выполняла именно такую роль?

МАСКА: — Это очевидно.

Т.Р.: — Не для всех. Большинство людей считают, что мы боролись там с террористами, такими заросшими свирепыми бандитами? Вы то там видели таких?

МАСКА: — Заросших бандитов? Я сам ходил с бородой и в камуфляже. Видел. В зеркале.

Т.Р.: — Трудно выходить из военных будней?

МАСКА: — Из них невозможно выйти совсем. Это преследует всю жизнь.

Т.Р.: — Я часто такое слышала от людей, прошедших войну. Причина в испытанном страхе? Ненависти?

МАСКА: — Нет. Просто сломленная психика и другое восприятие мира. На противников смотришь, как бы через прицел.

Т.Р.: — И даже в мирной жизни пытаетесь решить проблему кулаками? Или не только кулаками? Готовы на убийство?

МАСКА: — Нет. Вы не поняли. Кулаки здесь не причем. Просто, смотришь на человека, и представляешь, что он у тебя на мушке…. Трудно избавиться от искушения… Ну, и сны..

Т.Р.: — Трудно убить человека?

МАСКА: — Труднее не убить, наверное… Иногда.

Т.Р.: — Я понимаю. Как это не странно, но я вас понимаю. Скажите честно, или не отвечайте вообще: вы в ЧВК?

МАСКА: — Нет. Я вышел из игры. Надеюсь, окончательно.

Т.Р.: — Как вы относитесь к тем парням из ЧВК? Они такие же, как и вы?

МАСКА: — Как отношусь? Плохо отношусь. Человек должен либо служить по закону, не пряча лица, либо не воевать вообще. Это преступно. Я никогда не воевал, пряча лицо.

Т.Р.: — Но некоторые пытаются сделать из них героев.

МАСКА: — Это всегда имеет место быть. Чекисты тоже у кого-то герои.

Т.Р.: — Вы написали, что никогда не прятали лицо. Но ведь сейчас вы под маской и общаетесь со мной через подставной аккаунт.

МАСКА: — Сейчас я не воюю. Меня многие знают, я не хочу неприятностей близким.

Т.Р.: — Понимаю. А как ваша жена относится к вашим ночным кошмарам?

МАСКА: — Бьёт тапкой по голове)) Лишь бы Клавой не назвал. А то вместо тапка прилетит чо потяжелее…))))

Т.Р.: — А серьезно? Она вас понимает?

МАСКА: — Как относится? Лечимся. Таблетки пью. Люди всегда воевали, и всегда воевать будут. Это в природе заложено. Естественный отбор. Но признаю, что сегодня война — это противоестественное состояние. Это как вооруженные налётчики в мирном подъезде…

Т.Р.: — Я думаю, в любом конфликте нет победителей. Вот победили русские маленькую страну Ичкерию, вернулись парни домой. И дальше приходит расплата ночными кошмарами, пьянством и наркоманией. Сколько таких сидят в тюрьмах. Или я не права?

МАСКА: — Ведь причина, по которой начали войну даунбасяне — смешна. Язык. Я тоже не любил немецкий в школе. В голову не пришло напасть на Германию…

 

Т.Р.: — Да. Но и причина языка — выдумана. В прошлом году интересовалась, там есть не мало русских школ. И люди говорят на русском, даже украинцы.

МАСКА: — Конечно. Война убивает всех. И тех и других. В Крыму из трехсот с лишним школ, украинскими были шестнадцать, по-моему…
Если ничего больше серьезного, я пойду. Хотите, продолжим в другой раз?

Т.Р.: — Конечно! Буду только рада. В следующий раз поговорим про Донбасс подробнее, хорошо?

МАСКА: — До встречи! Приятно было пообщаться…

Т.Р.: — И мне…. Ну вот, человек ушел, зеленая точка потухла. Но аккаунт не удалил, а это вселяет надежду.
Знаете, какое ощущение осталось у меня после беседы с этим человеком? Страх. И безысходность. В войне нет победителей. Если война отечественная, и человек защищает свой дом – он участвует в ней поневоле. Тогда его совесть спокойна, его внутреннее «Я» не убивает его ночными кошмарами. Но если он пришел с армией интервентов, все, внутри у него вулкан, готовый проснуться и уничтожить его в любую минуту. Несмотря на внешнее благополучие, в нем живет чудовище из воспоминаний, все убитые им когда-то, все сожженные дома, все издевательства готовы разорвать его мозг. И никакой бронежилет не обезопасит его от его деяний, никакое оружие не спасет. И тогда этот человек садится на пол, берет в рот дуло охотничьего ружья – и нажимает на курок. Он не убивает себя – только то чудовище, которое живет в нем. Просто сам он умирает тоже, но, думаю, это его волнует меньше всего.

И последнее, что хочу сказать. ЛЮДИ, ПРЕКРАТИТЕ ВОЕВАТЬ, ПРЕКРАТИТЕ ПОДДЕРЖИВАТЬ ВОЙНУ В ЛЮБОЙ ТОЧКЕ ЗЕМНОГО ШАРА. ТЕХ, КТО ПРОШЕЛ ЗОНЫ КОНФЛИКТА, УЖЕ ПЕРЕМОЛОЛ МОЛОХ ВОЙНЫ, СПАСИТЕ ДРУГИХ, СЕГОДНЯШНИХ ДЕТЕЙ, КОТОРЫЕ В ОЧЕРЕДИ НА МЯСОРУБКУ. НЕ ПРАВИТЕЛЬСТВО УБИВАЕТ ЛЮДЕЙ НА ВОЙНЕ, А СОЛДАТЫ!

Татьяна Рубцова

Как Джохар Дудаев отказался проводить российского маршала

рубрика: Разное
Генерал Джохар Дудаев

Как образцовый командир, отличившийся в ходе боевых действий в Афганестане, Джохар Дудаев был назначен командовать Тернопольской тяжелой бомбардировочной дивизией и одновременно исполнять обязанности начальника военного гарнизона. Дивизия дислоцировалась в городе Тарту — в Эстонии.

Однажды сюда прилетел маршал Виктор Георгиевич Куликов — проверить, как полковник Дудаев командует стратегической дивизией.

Дудаев показал ему учебные классы, где тренируются летчики, показал большой спортзал, где они занимаются физическими упражнениями, показал просторную столовую. Куликов придирчиво осматривал помещения и делал отдельные замечания. Когда осмотр закончился, маршал обратился к Дудаеву:

— А теперь, товарищ полковник, проводи-ка меня в сортир!

Дудаев смутился. На лице сквозь смуглую кожу проступил румянец, заиграли на щеках мускулы. Было видно, что он еле-еле сдерживал себя, поскольку посчитал такую просьбу унизительной для чеченца.

— Товарищ маршал, — наконец выдавил он. — Вас проводит в сортир начальник штаба дивизии.

В 1989 году Военный совет обсуждал вопрос о присвоении Джохару Дудаеву воинского звания генерал-майор. Особенно ратовал за него командующий дальней авиацией Петр Степанович Дейнекин.

— У Дудаева в дивизии идеальный порядок! — горячился он. — Я был на аэродроме в Тарту. Дудаев создал человеческие условия для рядового и офицерского составов. Поблизости от каждого самолета он установил домик для технического персонала. Зимой там авиатехники могут обогреться, а летом — укрыться от жары, отдохнуть, перекусить, утолить жажду.

Дейнекину возразил его заместитель по политической работе:

— А я против присвоения генеральского звания Дудаеву!

— Почему?

— Я тоже был с инспекторской проверкой в Тарту — вместе с маршалом Куликовым, — ответил он. — Дудаев отказался проводить маршала в сортир. То ли он не знает, где в его дивизии находится сортир, то ли законы гор для него выше армейских уставов.

— Чем плохи законы гор? — удивился Дейнекин. — В стране идут демократические преобразования. Пора и чеченцам обрести своего боевого генерала.

Так брюки Джохара Дудаева украсили голубые генеральские лампасы.

Евгений Лукин 

Чеченский волк, Повесть о Джохаре Дудаеве

http://chechenews.com/как-джохар-дудаев-отказался-проводит/?fbclid=IwAR2VOvQm0vFbaBLgpVNVreyTR4DvPfsPBsZnHWYL_TtfpZZnRoex9YJrE0g

Депортация чеченцев 1817 года

рубрика: Разное

Каким образом на этих землях оказались кумыки и как появилось название «Кумыкская плоскость»? На эти вопросы отвечает выдающийся кавказовед Адольф Берже. Отметив, что для решения внутренних разногласий, связанных с землепользованием и другими вопросами, качкалыковским чеченцам понадобился независимый третейский судья, А. Берже пишет, что чеченцы с этой проблемой обратились к шамхалу Тарковскому и тот прислал им князя, которого звали то ли Султа-Мотти, то ли Али-Бек. Чеченцы поручились шамхалу за безопасность приглашенного князя и обязались взять его на продовольственное содержание (А.П. Берже «Чечня и чеченцы», Тифлис, 1859 г., стр. 104).

От себя добавим одно важное обстоятельство. Как чеченцы, так и другие народы Северного Кавказа знали, что Тарковские шамхалы возводили свой род к потомкам дяди пророка Мухаммада (с.а.с.) – Аббаса (полное имя: Абу-ль-Фадль аль-Аббас ибн Абд аль-Мутталиб аль-Хашими) жившего в Шаме – Сирии (отсюда и титул этих владельцев «шамхал» или «шеами-хан»). По этой причине авторитет шамхала Тарковского среди кавказских мусульман был чрезвычайно высок, однако, наперекор мнению некоторых современных кумыкских историков, авторитет этот для чеченцев был чисто духовным и не был обеспечен никакими мерами социального принуждения. Сам факт, что чеченцы обещали шамхалу Тарковскому обеспечивать безопасность присланному им человеку свидетельствует о том, что не чеченцы зависели от князя, а князь – от них. Сказанное ярко иллюстрирует последовавшее вслед за прибытием князя событие, описываемое А.П. Берже так:

«В то время Чеченцы не имели никакого понятия о деревянной посуде, они отрубили часть дупла и к одному из отверстий ее приставили дно. Это, говорят, послужило первообразом меры, общеупотребительной почти у всех туземцев и известной под названием сабы. Кумыкский князь, т. е. присланный от Шеами-хана наместником, не довольствуясь получаемой им платою, заменил назначенную Чеченцами меру другою, несколько большею. Один Чеченец, заметив подлог и видя разницу в величине сабы, швырнул ее у него же на дворе и разбил вдребезги. Испугавшись такого явного негодования, Кумыкский князь бежал с своими приближенными, опасаясь народного волнения и новых оскорблений. Но представители тех фамилий, которые должны были отвечать пред Шеами-ханом за неприкосновенность особы присланного им князя, бросились за ним в погоню и настигли его в том месте, где теперь лежит Хасав-Юрт. Они уговорили его вернуться в Аксай и остаться у них правителем» (А.П. Берже, Ук. соч., стр. 104–105).

Это описание показывает, насколько мизерными были у кумыкского князя «властные полномочия» над чеченцами. Что бы князь сделал, если бы его мошеннические действия с хлебом вызвали негодование не одного чеченца, а, скажем, пятерых? Или десятерых? Не говоря уже о всем обществе чеченцев-качкалыковцев. Тогда чеченцы едва ли смогли бы вообще нагнать перепуганного князя и его свиту. Однако смешного в этой ситуации очень мало, потому что А.П. Берже дальше отмечает: «Таким образом Кумыки появились в первый раз во владениях Чеченцев. Им дозволено было пользоваться землями только по ту сторону Аксая и Чеченцы взяли с них обещание никогда не переправляться через эту реку, но впоследствии времени Кумыки постепенно и исподволь завладели Чеченскою плоскостью, отчего она и носит теперь название Кумыкской» (А.П. Берже, Ук. соч., стр. 105).

Подведем предварительные итоги. Судя по историческим свидетельствам, во время своего переселения на территорию, которая позже получила название «Кумыкской плоскости», чеченцы там не застали ни одного человека – край был безлюдным, но изобильным. И чеченцы начали расселяться по этой местности. Вскоре поземельные споры и другие бытовые конфликты при отсутствии института их объективного разрешения заставили чеченцев-качкалыковцев искать независимого арбитра на стороне, отклонив попытки некоторых чеченских семейств возложить эти функции на себя (из-за опасений потерять равенство в своем обществе, как поясняет А.Берже). Было решено просить о присылке такого арбитра у шамхала Тарковского, который, считаясь потомком дяди Пророка (с.а.с.) пользовался у мусульман высоким авторитетом. Князь-арбитр прибыл, и это событие стало прологом постепенного проникновения на эти чеченские земли кумыков, что, по словам А.Берже, со временем привело к тому, что эта территория стала называться «Кумыкской плоскостью».

Примечательно, что южные кумыки своих северных соплеменников (как раз тех, что обитают на Кумыкской плоскости) еще в XIX веке по сложившейся традиции именовали «чеченцами» Сведения об этом мы обнаруживаем у этнографа, лингвиста и кавказоведа П.К. Услара, который отмечает, что южные кумыки своих северных сородичей называли «мичихич». А факт этот примечателен тем, что кумыки и чеченцев называют точно так же: «мичигъыш», «мичихичлан». И это еще одно подтверждение того, что ранее Кумыкскую плоскость населяли чеченцы, чье наименование сохранилось за переселенным на их земли новым населением (см. П.К. Услар, Этнография Кавказа. Языкознание. IV. Лакский язык. Тифлис, 1890, стр. 24).

Впрочем, кумыкские князья и позже не чувствовали себя хозяевами «Кумыкской» плоскости. Как пишет российский военный историк XIX века А.В. Потто, «Ермолов застал кумыков в таком стесненном положении от этих выходцев (т.е. чеченцев. – Авт.), что бедные кумыки даже на своей земле не могли считать себя безопасными иначе, как поддерживая связи и входя в родство с качкалыковскими чеченцами. Ни один из князей кумыкских, по словам Ермолова, не смел выезжать, не будучи сопровождаем чеченцем» («Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях», Т. II, СПБ, 1887 г. стр. 176). Российский адмирал XIX века Л.М. Серебряков также подтверждает эти слова: «Чеченцы были самые беспокойные из всех соседей. Не только в наших границах по Тереку и по Военно-Грузинской дороге производили свои хищничества, но распространяли их между соседними кавказскими племенами, особливо между кумыками, так что кумыкские князья в собственных своих владениях уже не осмеливались ездить без чеченского проводника» («Мысли о делах наших на Кавказе. 1845 г.», – цит. по: «Звезда», 1996 г., №12).

Кумыкских князей, очевидно, тяготила такая зависимость от чеченцев: им хотелось чувствовать себя полновластными хозяевами на вновь приобретенных землях. Но в присутствии чеченского населения это было невозможно. И кумыкские князья нашли выход. Они стали засыпать российскую колониальную администрацию на Кавказе жалобами и доносами на чеченцев. В результате этих жалоб и доносов российские войска 1817 году провели на «Кумыкской» плоскости в отношении чеченцев военную акцию, которую ныне назвали бы «этнической чисткой». Генерал Дельпоццо, командующий войсками на Кавказской линии, придя с войсками на Чеченскую плоскость, окончательно превращает ее в Кумыкскую, депортировав чеченцев с этой территории.

В своем письме «почтенным владельцам Костековским», датированном 5 сентября 1818 года, наместник на Кавказе генерал Ермолов, сменивший на этом посту генерала Дельпоццо, так описывает эту этническую чистку: «Злодеев Чеченских, живущих между вами и делающих беспрерывные воровства и разбои в наших границах, по собственному вашему желанию, ген. Дельпоццо выгнал в прошедшем году из владений ваших и которых некоторые из владельцев опять приняли к себе, нарушив изменнически свои обещания, немедленно и без всяких отговорок выгнать и препроводить в Чечню, дабы они подобно живущим в Кара-агаче не могли остаться на землях ваших. Из сих людей отнюдь ни один не должен у вас оставаться» (АКАК, Т. VI, ч. II, Тифлис, 1875 г., стр. 500).

Правда, далее Ермолов разрешает кумыкским владельцам при сильном желании и под совместную ответственность всех больших и малых князей Костековских, Аксайских и Андреевских оставить на этих землях отдельные чеченские семьи. Учитывая, что депортация чеченцев была проведена именно из-за жалоб и доносов этих князей («по собственному вашему желанию»), рассчитывать на то, что они поручатся за какие-то чеченские семьи, не приходилось. К тому же, при обнаружении «нелегально» живущей на Кумыкской плоскости чеченской семьи, Ермолов грозил кумыкским князьям и узденям очень крутыми мерами наказания: «Ежели и за сим распоряжением князья по гнусной к обманам привычке осмелятся удержать их, скрывая Чеченских мошенников под именем других народов, то я Высочайшим именем великого Государя моего сниму достоинство князя или узденя, имение отдам верным подданным и выгоню в Чечню» (Там же). Здесь обращает на себя внимание угроза Ермолова выгнать провинившихся кумыкских князей в Чечню. Едва ли такая перспектива могла устрашить кумыкских князей, чувствуй они себя в Чечне вольготно, как пишут некоторые кумыкские историки, охваченные желанием хотя бы задним числом «поработить» чеченский народ.

К сказанному Ермолов добавляет следующее уточнение: «Владельцы должны разуметь, что разбор сей и поручительство должны быть произведены между теми Чеченцами, которые не были выгнаны в прошлом году; но к сему не принадлежат деревни Байрам-аул, Хасав-аул, Генже-аул, Бамат-бек-юрт и Казах-мурза-юрт. Сих приказываю выгнать тотчас и Боже избави того, кто посмеет ослушаться» (Там же). Заканчивает Ермолов свое письмо угрозой прислать карательные войска в случае непослушания князей.

Укажем, что депортация чеченцев с восточных (прикаспийских) территорий их проживания в 1817 году – это не первая акция подобного рода. Почти за сто лет до этого, в 1718 году, была проведена еще одна этническая чистка в отношении чеченцев. В российском источнике XVIII века она описывается так: «Жилища Чеченцев простирались прежде сего от гор, недалеко от Эндери находящихся, до самого моря; но понеже они в прежние времена Гребенским и Донским Казакам, отгнанием их лошадей и скота, много вреда причиняли, то в 1718 году командированы были на них несколько тысяч человек Донских Казаков, которые всю их землю опустошили и многих порубили» (Историческое описание российской коммерции при всех портах и границах от древних времен до ныне настоящего и всех преимущественных узаконений по оной государя императора Петра Великого и ныне благополучно царствующей государыни императрицы Екатерины Великой, сочиненное Михайлом Чулковым. Том II, книга II. В Москве, в Университетской типографии, у Н. Новикова, 1785 года).

Ссылка — https://www.proza.ru/2018/08/01/1811

Кусочек начала русского ада на земле чеченцев

рубрика: Разное

Машина дернулась и остановилась. Удар головой о борт. Вернулось сознание. Не могу пошевелиться. Задыхаюсь. Надо мной еще три ряда человеческих тел. Ребра вошли в живот. Острая боль. Глаз затек. Не могу повернуть голову. Наконец облегчение. Верхних сбросили вниз на дорогу. У всех руки связаны. Самый нижний ряд. Люди в масках. Это ОМОН. Мат. Поднимают уколом штык-ножа. Онемевшие ноги не слушаются. Не могу подняться. Удар прикладом по лицу. Из носа хлынула кровь. Сползаю вниз. Сваливаюсь прямо в лужу. Укол штыком. Холодная вода приводит в действие ноги. Встаю.

Краем глаза вижу мужчин разных возрастов. Все чеченцы. Человек 100-120. Запомнился подросток, лет 14-ти. У него сломана ключица. Он корчился от боли. Не мог подняться с земли. Били сапогами. Удар, еще удар. Мат. Детский крик от боли. Кусаю до крови губы. Я бессилен. Помочь не могу. Никто не может помочь. Полные ужаса глаза смотрят на меня. Удар в затылок. Головка его опустилась и вновь приподнялась. Еще удар – голова беспомощно опустилась и больше не поднялась. «Готов», — сказал омоновец и выстрелил ему в затылок. Мальчишку схватили за ноги и оттащили с дороги.

Я лежал как все – лицом в лужу. Руки связаны за спиной. «Встать», — орет омоновец в маске. Ноги скользят по луже. Удар сапогом ниже пояса. Нечем дышать. Хватаю ртом воздух. Надо успеть встать до следующего удара. Ноги ищут зацепку. Оттолкнувшись правой ногой, выгибаю спину. Сажусь на колени. Вскакиваю. «В строй, в строй!» — рев из глотки маски. Удар прикладом по спине. Через слово – мат. «Бегом, бегом!», Все бегут. И я бегу. Кто-то спотыкается. Падает. Выстрел. Быстрее, быстрее. Останавливаться нельзя. Еще выстрел – еще чья-то жизнь оборвалась. Еле волоку ноги. В голове ни одной мысли.

Колонна по пять человек. С двух сторон солдаты. Через одного с собаками. Поворот головы влево-вправо – выстрел. Остановили. Секунда, чтобы отдышаться. Сразу в голове появились мысли. Что происходит? Какой это век? Что за люди в масках? Когда-то в детстве я все это уже видел. Какая это страна? Кто все эти люди? Что от них хотят? А что хотят от меня? Это происходит на самом деле? А может, это снимают фильм?

«Пять человек вперед!» — кричит российский солдат. Пятеро выходят вперед. Там впереди стоит стол. За ним двое в масках записывают фамилии. Прикладом одного толкают в ту сторону, к столу. Там с двух сторон по три солдата. Идешь сквозь строй. Каждый уже определился. Каждый знает куда бить. Бить надо, чтобы кричал от боли. Чтобы в ногах валялся. Чтобы выл, скрипел зубами. Удар справа. Удар слева. До стола метров десять. Мозг лихорадочно работает. Шесть солдат – шесть ударов. Все зависит от скорости движения. Может каждый по шесть ударов. Заветная цель – стол. Все тело напряглось. Мышцы готовы лопнуть. Удар сапогом ниже колена по кости. Искры из глаз. Из закушенной губы – теплая струйка крови.

Нельзя останавливаться. Бегом вперед. Еще удар. Приклад ткнулся в ключицу. Она хрустнула. Боль пронзила грудь. Глаза вываливаются. Удержаться бы. Упадешь – убьют. Ноги рвутся вперед. Двоих проскочил. Другие ждут. Лишь мгновение я видел их лица. На них напряженное ожидание. Готовность выполнить приказ наилучшим образом. Удар должен быть точным. Надо сбить с ног. Заставить кричать от боли, просить пощады. У этого морда мясника – убьет одним ударом. Поравнялся с ним. Прямо у груди сверкнул штык-нож. Я сделал резкий наклон влево и штык проткнул плечо правой руки. В глазах потемнело. Покачнулся.

Струи хлынувшей крови привели в себя. Еще секунда и я снова рвусь вперед. Удар слева ниже ребер отозвался сладкой песней – было совсем не больно. Поташнивало. Кровь застыла. Внутри был холод. Только бы не сбили с ног. Еще двое. Злые, взбесились от злости. Им нужны крики, стоны, мольбы о пощаде. Нет криков. Нет стонов. Нет мольбы о пощаде. Остались позади еще несколько шагов. Тут-то меня и ждал сильнейший удар прикладом в грудь. Грудь вдвое сложилась и не разгибается. Боль переполнила все тело. Воздуха не было. Куда- то исчез весь воздух. Рот открывался, а воздуха нет. Черные круги плывут перед глазами. Мне бы глоток воздуха, а его нет.

Я резко нагнулся вниз и выпрямился. Грудь снова стала плоской. Кровь потекла по жилам. Я ощутил тепло. Я живой. Ноги ватные. Шаг, еще шаг. Последний. Заветный стол так близок! Протяни руку и достанешь. Только мелькнула эта мысль – удар сапога пересчитал мне ребра. Я физически ощутил, как 2 — 3 ребра вошли во что-то мягкое. Все прежние боли заглушила эта большая боль. Тело обмякло. Руки повисли. Ноги согнулись. Падать нельзя. Нельзя падать. Но я падал. Земля уплывала из-под ног. Уже лежа на земле, перед самым столом, я слышал и другие удары – резкие и тяжелые, но боли не ощущал.

Пришел в себя от холода. Окатили ведром воды. «Встать», — орет сидящий за столом. Удар прикладом справа. Удар прикладом слева. Окончательно прихожу в себя. Встаю. Я здесь, но меня нет. Не ощущаю тело. У меня нет тела. «Ты боевик?» — «Я ученый!». Смех. «Сколько солдат убил?» До сих пор ни одного, но если выйду из этого ада живым, убью многих. Я не произнес эти слова, только бросил взгляд на говорящего. Со словами «ух, ты, бандюга дудаевская», рукоятка пистолета врезалась между глаз. Кровь заливала глаза, но я твердо стоял на ногах. Записали фамилию. Раздели по пояс. Разули. Погнали к яме. Руки связаны за спиной. Глаза завязаны.

Ямы называются «зинданы». В них вода. Стояли по колено в воде. Били сильно. По коленной чашечке. Многие не выдерживали – бросались всем телом на солдат. Их тут же расстреливали. Всю ночь стояли в воде. Садиться не разрешали. Дремали стоя. Кто опускался – расстреливали. Не кормили. Утром сняли повязки с глаз. На 10 человек дали одну кружку воды. Побои не прекращались. Двух высоких, красивых, молодых чеченцев лет 20-ти пытали электротоком, при помощи прибора с ручкой. Ручку крутят солдаты. Задавали три вопроса. Сколько убил российских солдат? Из какого оружия убивал? Где Дудаев? Ответов не было. Криков тоже. Их зверски избили. От них осталось кровавое месиво. Их расстреляли.

Спустя часа два, прилетел вертолет. Нас погнали на посадку. В вертолете люди из ОМОНа в масках. Нас – человек 20. Все сильно избитые, покалеченные. Друг о друге ничего не знаем. Разговаривать нельзя. Лишь обмениваемся выразительным взглядом. Везут в Моздок, в фильтрапункт «для установления личности». В этой группе я был старше всех. Мне 35 лет. А они все молодые – от 16 до 23-х. Мы в воздухе. Омоновцы переговариваются.

Парнишка лет 17 — 18-ти шепчет мне свою фамилию и село. Он на что-то решился. Один в маске услышал. Сказал другому. Удар головой в лицо омоновца. Улыбка на лице парня, блеск в глазах. Двое схватили его, избили до смерти. Выбили все зубы. Вытягивали и ломали руки. Жгли сигаретами пятки. Он кричал. Его крик долго стоял у меня в ушах. Я никак не мог от него избавиться. Наконец, выстрелом в затылок его убили. Дверца вертолета открылась. Омоновцы раскачали и выбросили тело. Трудно было сдержать себя. Молодые не выдержали. Трое чеченцев сидели у двери. Их взгляды встретились. В следующее мгновение сильные удары ног опрокинули омоновцев.

Яростные удары обрушились на них – двое били, а третий, ногами сделав петлю, душил. Каждый чеченец старался ударить. Удары были сильные и точные. Все произошло мгновенно. Но это мгновение было на стороне чеченцев. Две окровавленные маски валялись на полу вертолета. Омоновцы пришли в бешенство. Били всех подряд. Били сапогами. Били прикладами. Кололи ножами. А троих несчастных полуживыми выбросили из вертолета. У одного вырвали золотые зубы – зачем добру пропадать?!

Краткий миг передышки. Тело ноет от боли. Хочется стонать, кричать, выть. Но такого удовольствия ни я, ни мои сородичи им не доставят. Нельзя терять сознание – убьют. Надо выжить! Обязательно надо выжить! Любой ценой надо выжить! Вертолет начал снижаться. Детина в маске подошел, достал из кармана зеленые ленточки и стал завязывать их нам на левую руку. «Теперь ты боевик!» — приговаривал он, ухмыляясь.

Вертолет приземлился в Моздоке.

(из рассказа выжившего пленника)

https://www.facebook.com/leyla.herzog.9

РЫЖЕЕ И ЧЕРНОЕ (Два светлых мальчика и темная будущность Чечни)

рубрика: Разное

УДМУРТСКИЙ ГЕН?

Вообще, особое отношение к рыжим не случайно; еще в древнейшие времена во всех человеческих сообществах эта редкая пигментация фокусировала на их обладателей внимание  (и не всегда доброжелательное ) их сородичей.

Во времена позднейшие, хотя люди сегодня, избавившись от большинства предрассудков, перестали преследовать своих красноволосых собратьев, эти последние остаются чемпионами по популярности.

Интересно, что такая особенность редко передается по наследству, позволяя рыжим появляться в любом уголке планеты, даже у австралийских аборигенов. И, если в масштабе всего человечества, рыжие составляют около 2 %, замечена, всё-же, наибольшая их концентрация у некоторых северных народов, как Удмурты (до 15 %), Шотланцы (до 13 %) и Скандинавы.

Разумеется, в горах Кавказа также есть этот тип, например — у меня один кузен из этого племени… )

Однако, в этой статье речь пойдет о темах что намного сложнее и тяжелее, чем общие рассуждения об этом интересном феномене.

Я перехожу теперь, непосредственно, к своим героям.

СЫНОВЬЯ ВОЙНЫ

Итак, рыжий во всем своем гламурном великолепии — Ханзала Магомадов.

Я наткнулся на этого смешного, пусть и не по годам серьезного, рыжего малыша в Ютубе в прошлом месяце. Ему 5 лет и у него — более 200 тысяч подписчиков. Он живет в просторной, богато обставленной квартире в центре Грозного с видом на «Сити» и он — настоящая звезда: с ним встречается сам глава Чечении Рамзан Кадыров и Ханзала уже умеет выражать в своем блоге благодарность сильным мира сего.
Вот так.

Второй — одетый в обноски хмурый мальчуган — совершенно не смешон. Его зовут Хьадис, ему на вид 6-7 лет и он находится где-то в раздираемой гражданской войной Сирии.
Если первого я нашел потому, что Ютуб мне выдал его к просмотру, как одного из самых трендовых, то ролик про второго мне прислал на Ватцапп один из сердобольных друзей, прося перевести ролик с арабского, полагая, что мальчик — чеченец… На видео, испуганный до смерти, но крепящийся из последних сил герой стоит на допросе, отвечая на арабском (очевидно — вооруженным асадовским боевикам) куда и зачем он шел и произносит фразу на русском в конце — повинуясь вопрошающему…

На сегодняшний день всё еще не понятно, является ли этот Хадис чеченцем по крови, но уже неплохо то, что стараниями чеченцев он спасен и находится сейчас в безопасном месте и скоро будет перевезен к его матери по имени Нурьяна, находящейся в Дагестане…

Между тем, эти два рыжих мальчугана живо напомнили мне черную трагедию, в которой наш народ находится уже четверть века, с тех пор, как поднял знамя Свободы и Независимости…

И я поймал себя на мысли о том, что эти два мальчика символизирует два полюса, между которыми сплющен наш народ и это — точно не смешно.

Присмотримся к каждому из этих мальчишек.

И тот и другой — дети «военного поколения» чеченцев, сыновья отцов, угодивших прямо в жернова русско-чеченской войны, развязанной Кремлем ради сохранения целостности своей затрещавшей по швам, на исходе тысячелетия, колониальной империи.

У обоих — очень непривычные для чеченского уха звучные арабские имена с явным религиозным подтекстом («Ханзала» — очевидно, в честь знаменитого юноши, сподвижника Пророка Мохаммеда, героически павшего в битве при Ухуде; «Хадис» — с арабского «рассказ, событие», краткое сведение о высказываниях или поступках Пророка).

В ЛУБЯНСКОЙ МАТРИЦЕ

И на этом сходства двух наших героев прерываются, по тому, как мы следуем дальше по траектории их судеб. Траектории, поместившей первого в самый центр недавно восставшей из руин цветущей столицы оккупированной Россией, но развивающейся быстрыми темпами Чечни и — бросившей второго в самое пекло ада на земле — в Сирию, где сегодня, движимые религиозным фанатизмом, соседи вырезают семьи друг друга «во имя Аллаха»…

Я не знаю, жив ли сегодня отец Ханзалы, но Гугл сообщает, что отец Хадиса погиб в Сирии. Из имеющихся сведений можно сделать вывод о том, что семья первого — входит в близкий к новым властям в Чечне круг, в то время как родня второго — на самом дне социальной пирамиды, вынужденная постоянно оправдываться по поводу отъезда в Сирию на Джихад и погибшего в этой далекой стране их родича.
Можно было бы продолжить эти сопоставления, отметив, что Ханзала-де «родился с серебряной ложкой во рту», а вот Хадису — как сыну исламского радикала и «врага народа» — путь к успеху в жизни заказан.

Но я скажу по другому: и Ханзала и Хадис имеют совершенно равные — приближенные к нулю — в жизни шансы…

Дело в том, что и первый и второй — символизируют полный контроль Кремля над социально-политическими процессами в нашем народе.

И Ханзала, и Хадис — суть продукты жизнедеятельности проглотившей нас империи и, в этом качестве, судьбы каждого из этих мальчиков могут быть в любой момент переиграны демиургами с Лубянки.

И того, и другого, находящихся в «матрице» вражеских разработок, ожидает будущее самое печальное, вследствии которого они исчезнут, едва оставив потомство (для новых нужд «Русской Матрицы»).

УЧАСТЬ ВАССАЛА

Чтобы осознать это — не нужно обладать учеными степенями; достаточно просто приглядеться к настоящему чеченского народа и сравнить это настоящее с прошлым некоторых других народов, живших в разные исторические эпохи.
Сравнить и обнаружить, что НИКОГДА центр метрополии не давал своим вассалам — недавним смертельным врагам — жить спокойно и умереть своей смертью.

Судьба любого воинственного маленького народа, великодушно оставленного торжествующим победителем жить — быть тараном в новых войнах своего вчерашнего врага, уменьшая потери среди сыновей собственно метрополии.

И в этом плане, начиная с года 2007-го, ВСЕ чеченские фракции и партии оказались за закрытыми дверями лаборатории ФСБ. Для того и был, собственно продвинут в незадачливые головы потерявшего за 8 лет жесточайшей войны всю интеллектуальную элиту Чеченского Сопротивления проект «Имарат Кавказ», закономерно объявивший «Чеченскую Республику Ичкерия» низложенной…

Через несколько лет после этого покушения на нашу государственность, когда «Имарат Кавказ», объявивший войну всему международному сообществу, был официально внесен в список «Врагов Америки», некоторые чеченцы удивлялись тому, что бойцы нашего сильно ослабевшего Сопротивления стали появляться в Сирии, организуя там целые отряды.

Летом 2014-го произошла форменная «зачистка» Чечни, когда тысячи наших партизан были переправлены агентами ФСБ на Ближний Восток, ибо там «чище Джихад». И только после того, как остатки Кавказского Сопротивления стали массово присягать на верность «Исламскому Халифату» объявившем Северный Кавказ своей Провинцией, всплыл весь план ФСБ.

СМЕРТЕЛЬНАЯ ДИХТОМИЯ

План всплыл, когда уже ничего нельзя было изменить…
Поэтому, положивший свою жизнь на плаху во имя справедливости, несчастный отец Хадиса работал на врага, находясь в разработке ФСБ, в той же степени, как и отец/дядя Ханзалы, состоящий в российских военных структурах официально…

И отец Ханзалы, совершающий наверняка каждую утреннюю молитву в «Сердце Чечни» и гордо носящий российские награды на лацкане мундира, является в глазах Кремля таким же расходным материалом, каким был и отец Хадиса.

Именно для этого и «исламизирует» Путин оккупированную Чечню: в час «икс» и Европа и Америка будут только приветствовать уничтожение этого опасного варварского анклава, прославившегося официальной миллионной манифестацией — единственной в мире — «Анти-Шарли». Это, увы, не праздная игра воображения: стоит только сопоставить все темные дела, в которые с 2008-го года была замешана теперешняя — уже российская — Чечня, как холодеет душа: Кремль явно припас для нашего народа участь громоотвода.

В сказанном выше и находится ответ некоторым из религиозных чеченцев (и не только в Чечне, но и в России и за её пределами) воздающим сегодня хвалу Кадырову, денно и нощно — часто под объективами российских камер — спасающему детей убитых в Ираке/Сирии чеченцев/дагестанцев…

Кадыров привык к тому, что объявляя Чечню «личной пехотой Путина, готовой выполнить приказ главнокомандующего в любой точке планеты», он фактически мало чем рисковал до сих пор, не считая пару сотен своих людей, погибших в Украине и в Сирии. С одной стороны, родственникам убитых выплачивалась щедрая компенсация, с другой — был строжайший запрет на публичные похороны (в итоге — оккупированный народ, у которого еще свежи могилы сотен тысяч своих убитых сыновей, смолчал).

Нет, дорогие мои земляки одевшие российские мундиры: Кремль не сошел с ума и каждый вложенный в вас рубль предстоит выхаркивать кровью всему нашему народу!

Сейчас, когда наступили трудные, для путинской России, времена и под тяжестью доказанных преступлений Путина, всё человечество осознало необходимость удушения криминального государственного образования под именем Россия, чеченскому народу грозит смертельная опасность и поэтому ему жизненно необходим маневр.

Если не сегодня, то завтра, наблюдая как его империя слабеет час от часу, Путин пойдет на какой-нибудь безумный бросок: будь то в Украине, в Прибалтике, на Ближнем Востоке или на Севере Казахстана…

Нашей задачей должно стать: если не миновать, то, хотя бы минимизировать страшные человеческие потери, могущие поставить наш дезориентированный, кремлевской инъекцией «исламизма», народ на грань исчезновения, когда произойдет классическое «варвары идут впереди имперских войск»!

Времени уже не остается и чеченцам необходимо во что бы то ни стало выйти из выстроенной оккупировавшим нас врагом дихтомии «Ханзала-Хадис», чтобы и тот и другой могли дожить до правнуков, принося пользу своему народу и неся в мир добро и свет.

Adam Dervishev

https://www.facebook.com/AdamDervi/posts/10217120751638457

ФИНАЛ.(Глава из нового варианта книги «Рассказы освободителя»)

рубрика: Разное

Фото — ruxpert.ru/Развал_СССР

1.

Товарищ Горбачев правил Советским Союзом 2333 дня. С 11 марта 1985 года по 24 августа 1991 года.
Правил по триединой формуле: гласность, перестройка, ускорение.
За шесть с половиной лет он увеличил внешний долг Советского Союза с 31,3 до 70,3 миллиарда долларов. Надо помнить, что в те времена доллар имел куда больший вес, чем сейчас.
Каждый день своего правления без отпусков, выходных и праздников Горбачев занимал по 16 миллионов долларов. Точнее — $ 16.716.673. Беда в том, что он погружал страну в долги не равномерно, а с ускорением. Как и было объявлено. Начинал понемногу — миллиард в год или чуть больше. Потом втянулся.
Попутно товарищ Горбачев промотал золотой запас страны: в конце августа 1991 года в государственных хрнанилищах оставалось 241,3 тонны золота.
Чтобы скрыть размах злодеяний кремлевских вождей против народа собственной страны, защитники коммунизма преднамеренно запутали вопрос о том, каким же был золотой запас Советского Союза на момент прихода к власти Горбачева и его команды. На тему золотого запаса страны гласность не распространялась. В настоящее время золотой запас Советского Союза на момент вступления Горбачева в должность главного коммуниста оценивают в огромном диапазоне от 719,5 тонны до 2511 тонн, и даже 5000 тонн.
Достоверно известна другая цифра: за время правления Горбачева в Советском Союзе было добыто 1275,8 тонн золота.
Давайте возьмем минимальную известную нам величину наследства, которое досталось Горбачеву, и прибавим то, что добыто при нем. Получим: в его распоряжении было 1995,3 тонны золота. Это, повторяю, по самым щадящим расчетам.
А оставил он 241,3 тонны.
Вопрос: где остальное? Куда пропали 1754 тонны русского золота?
Если пропавшее золото разделить на срок правления Горбачева, то получим результат: каждый день, опять же — без отпусков, выходных и праздников, он тратил по 750 килограммов золота.
Если же исходить из того, что в наследство он получил не 719 тонн золота, а 2511, тогда с учетом при нем добытого в его распоряжении было 3786,8 тонн. Разделим на дни правления, получим: тратил по полторы тонны в день. Точнее — 1623 килограмма.
В любом случае, даже если считать по самому минимуму, товарищ Горбачев установил мировой рекорд. Который, надеюсь, никогда не будет побит.
Не забудем, что золото он тратил тоже не равномерно, а с дьявольском ускорением.
Точно так он просадил государственные запасы алмазов, платины, серебра. Резервы иностранной валюты на момент отстранения Горбачева от власти были истрачены полностью. А ведь он выкачивал и гнал на продажу невосполнимые ресурсы страны сотнями миллионов тонн и сотнями миллиардов кубов.
Объемы нефти тогда почему-то измерялись в каких-то средневековых барелях, хотя весь цивилизованный мир давно перешел на тонны. Услужливый Горбачев радостно соглашался считать на барели, раз заморским и заокеанским дяденькам так удобнее выкачивать наши ресурсы.
Это не все. Если кому-то нужны наши природные сокровища, пусть попытаются каким-то образом заработать миллиарды наших рублей и на те рубли покупают нефть, газ и все остальное. Или пусть платят золотом.
Но они платили бумагой.
Молодому поколению в это трудно поверить, но от правды не уйти: вопреки интересам страны и ее народа, Горбачев продавал нефть и газ не за русские рубли, а за американские доллары!
Попробуйте приехать в Америку и купить тонну стали, кубометр леса или просто краюху хлеба за наши рубли. А вот американцы печатали доллары и на них скупали у нас все, что им наравилось. И Горбачев на это соглашался! То есть он совершенно открыто, ни от кого не прячась, работал на Америку!
Продавая ресурсы за иностранную валюту, он поддерживал экономику США и других стран Запада, при этом разорял экономику Советского Союза.
Ну, ладно. Хорошо. Решил гадить собственной стране и своему народу, согласился на доллары. Пусть будет так. Вопрос: и где те доллары?
В момент отстранения Горбачева от власти никаких долларов в государственных резервах не было обнаружено.

2.
Денег Горбачеву почему-то все время не хватало. И он нашел выход. Если денег мало, напечатаем!
В момент, когда Горбачев принял власть, американский долар по официальному курсу стоил 64 копейки. В момент, когда Горбачева от власти отодвинули, все по тому же официальному курсу доллар стоил 91 рубль.
Понятно, Запад до полного безумия любил Горбачева. В 1990 году ему была вручена Нобелевская премия мира. Корешу, который слил Америке как минимум полторы тысячи тонн русского золота, не жалко.
А он, дабы осчастливить народы Советского Союза, все печатал и печатал деньги. Но жизнь от этого почему-то лучше не становилась. Денег можно напечатать вдвое больше, чем их было. Но хлеба и сыра, картошки и колбасы от этого не прибавится ни на грамм. Горбачев напечатал не вдвое больше денег, а в три, четыре, в пять и десять раз больше. Горбачев ввел в действие двухсотрублевые, пятьсотрублевые и даже тысячерублевые банкноты. Наша страна такого не знала уже 70 лет.
Чем больше денег печатал Горбачев, тем быстрее пустели магазины. Советский Союз в мирное время перешел к распределению продуктов по карточкам. Как во время войны. Получил работяга деньги за ударный труд, решил два куска хозяйственно мыла купить. А ему за его же деньги два куска не дают. Потому как в месяц один кусок полагается. На то ему карточка дана. И больше пусть не просит. Больше не положено.
У горбачевской системы распределения по карточкам была одна весьма неприятная особенность. Выдали карточки на год: вот столько мыла можешь купить в январе, столько в феврале, а столько — в марте. Вот тебе карточки на соль, вот на табак, на крупу, на сахар и т. д. Но карточки вовсе не означали, что все, что в них обозначено, гарантировано достанется покупателю. Отстоял пару часов в очереди за тем же куском мыла, а ему сообщают: все на сегодня, кончился товар. Приходи завтра. И занимай очередь до рассвета.
Самый ходовой вопрос в Советском Союзе: что дают? Идешь по улице. Вдруг — очередь за угол. Мгновенно ориентируешься: что дают? И все остальные прохожие с тем же вопросом. Очередь растет стремительно. Кто не дурак, тот сначала в конец очереди рванет, место застолбив, а уж потом интересуется, что дают?
Дают, это термин такой советский. Он вовсе не означал, что дают бесплатно. Дают — в смысле продают. Ему другой термин соответствовал — что выбросили? Выбрасывали не на свалку, а на продажу.
Сегодня, к примеру, выбросили на продажу трусы до колен. А на прошлой неделе, не поверите, туалетной бумаги чуть ли ни сто рулонов народу швырнули! То-то давка была!
В очередях — толкотня, перебранки, иногда вежливый упрек: «Вас тут не стояло». И каждому сомнение сердце гложет: на всех-то явно не хватит. И это ничего. Мне-то достанется или зря столько часов в очереди толкаюсь?

3.
Теперь поверх ватных телогреек наденем серые фартуки и представим себя хозяевами жизни, то есть продавцами в ларьке возле Казанского вокзала. Подвезли нам сорок килограммов мыла. Немедленно очередь выстроилась. Бегут люди со всех сторон. К очереди пристраиваются. Денег у людей много. Мыла мало. Всем хочется не только самим иногда мыться, но и рубахи свои стирать, и штаны. Да и носки раз в месяц не плохо бы. А нам, продавцам, кто-то еще вчера шепнул: если мыло подвезут, спрячьте для меня немножко, вдвое больше заплачу!
Нам и раньше в оба уха о том же шептали.
Тактика у шептунов правильная: ведь можно иметь деньги, можно иметь карточку на получение, отстоять свои часы, но желанного товара так и не получить. И куда после того девать те рубли, на которые все равно ничего купить нельзя? Так не проще ли, установив правильные отношения с нужными людьми и заплатив вдвое, получить гарантировано и без очереди?
Вопрос продавцам: неужели, братцы, откажемся, если деньги сами к нашим рукам липнут? Потому, как только товар получим, половину под прилавок двинем. Это мы потом сплавим тем, кто готов вдвое больше платить. И им хорошо, и нам полный карман денег, и на морозе нам лишние часы не мерзнуть, объявив очереди, что на сегодня кончился товар.
Можно не половину товара налево двинуть, а весь. Главное, с ментами делиться не скупясь.
А еще надо правильно выстроить отношения с теми, кто товар по киоскам распределяет: ты бы мне, браток, не сорок килограммов дал, а побольше. Я бы с тобой доходом поделился…
Как только Горбачев пустил печатные станки на полную мощь, все товары из магазинов размело. Оно и понятно: зачем сегодня продавать какую-то вещь за сотню, если завтра у людей будет больше денег, если за ту же штуковину будут больше давать? А еще через неделю штука эта будет и того дороже. Так не лучше ли товар приберечь?
Торговая мафия Советского Союза возникла давно. В тот самый момент, когда коммунисты взяли власть в России. Во все времена торговая мафия закалялась и крепла. Во времена Горбачев, когда благодетель печатал деньги так, чтобы на всех хватило, торговая мафия расцвела во всей своей красе, слившись в единый организм (или — оргазм?) с государственным и партийным аппаратом, поставив милицию на охрану своих завоеваний.
Народ зверел, потому руководители советской торговли были вынуждены демонстрировать, что все же иногда в магазинах можно хоть что-то купить. Именно поэтому от случая к случаю кое-что и выбрасывали на продажу. В первую очередь — в Москве.
И Москва магнитом притягивала к себе широкие народные массы из соседних провинций и даже со всей страны. А москвичам это очень даже не нравилось: понаехали! Очереди — не протолкнуться! То, что нам предназначено, приезжие раскупают и по всей стране развозят.
Система снабжения населения была простой и понятной. Со всей страны мясо, масло, овощи и все остальное свозили в Москву чтобы жители Москвы были счастливы, чтобы не бунтовали, чтобы приезжие иностранцы могли засвидетельствовать изобилие и процветание первого в мире социалистического государства. Однако следом за этими продуктами в столицу устремлялись широкие народные массы. В Москве они выстраивались в километровые очереди, все из магазинов выгребали и увозили обратно туда, откуда товар был привезен.
И москвичам доставалось немного.
Товарищ Горбачев решил этому безобразию положить конец. По его приказу в Москве, Ленинграде и других крупных городах были введены так называемые «Визитные карточки покупателя». На каждой — фотография, фамилия, имя, отчество и штамп милиции, удостоверяющий, что это ты, а не кто-то другой. Если живешь в Москве, смело становись в очередь. Только не забудь дома заветную «Визитную карточку покупателя». Без нее ты покупателем не считаешься. Да что б фотография на ней четкая была. Иначе продавщица ничего не продаст: вы, товарищ, на себя не похожи!
Отправляясь в магазин, талоны не забывайте. Это доказательство того, что в данном месяце вы соль в магазине еще не покупал. А то ведь находились хитренькие, которые в один месяц пытались дважы не то что соль, но даже и макароны покупать.
Ну и, понятно, деньги в кармане иметь надо, в магазин отправившись. Если все это не забыто, можно смело в очередь становиться. А всем, кто в Москве не прописан, — от ворот поворот, валите в свой Ярославль, в свой Калинин, в Рязань, Казань и далее. Товар чужим не продаем. Можете к очереди не пристраиваться.

4.
«Визитными карточками покупателя» товарищ Горбачев обеспечил счастливую жизнь жителям Москвы. Не на долго.
У себя дома жители соседних с Москвой областей ничего купить не могли. А те, кто далече, и подавно. Потому огромными толпами стекались в Москву. Раньше, отстояв много часов в очередях, могли купить коровьи кости с обрывками мяса или колбасу, сотворенную из неизвестных субпродуктов. Горбачев им этот источник счастья перекрыл. И в соседних с Москвой областях пошло брожение. Русским бунтом запахло. Бессмысленным и беспощадным.
Партийные товарищи в соседних областях сообразили: если полыхнет, за ноги на фонарях будут вешать их, но вовсе не товарища Горбачева. И выход у них был один — под разными предлогами не отдавать в Москву картошку и коровьи кости, а оставлять в своих владениях.
Но тогда жрать нечего стало в Москве. Хоть ты карточку показывай, хоть талоны на месяц, хоть пытайся из-под полы у продавцов втридорога покупать.
В те славные времена мои книги в Великобритании выпускало издательство «Химиш Хамилтон». Издатель Марк Хамилтон побывал в Москве, вернулся обалдевший: скоро в Москве вообще жрать будет нечего, что же тогда будет делать Гробачев?
Отвечаю: танки против народа пустит.
Этого он никак понять не мог. Если танки против народа пустить, хлеба не прибавится и масла больше не будет. Где логика?
Объясняю: логику не ищи. У Горбачева кроме танков никаких иных аргументов нет. Экономика бывает двух типов: одна работает на кнутах, другая на пряниках. Экономика Советского Союза ориентирована на кнут. Танк — это одна из разновидностей кнута. Танками мы Чехословакию на место поставили. До того — Венгрию. Еще раньше — взбунтовавшуюся Восточную Германию. На очереди Москва. Но пока, успокаиваю издателя, решение бросить танки против собственного народа еще не принято. Как только оно будет принято, я тебе позвоню.

5.
28 апреля 1990 года звоню издателю, сообщаю: высшее руководство Советской Армии дало согласие Горбачеву в случае необходимости двинуть танки против народа.
Он: откуда знаешь?
Отвечаю: вычислил!
Совершенно понятно, что Горбачев уже на первом году своего правления интересовался, как товарищи маршалы и генералы Советской Армии отреагируют на приказ давить танками народ московский. Смещение Маршала Советского Союза Соколова с поста министра обороны СССР под совершенно негодным предлогом (вражеский самолетик на Красной площади) было ответом Горбачева на категорический отказ высшего руководства Советской Армии такие приказы выполнять.
Вместо маршала Соколова Горбачев поставил более покладистого и послушного генерала армии Язова. Но и тот явно не горел желанием отличиться в грядущей Московской битве.
У Грбачева для генералов были и кнуты и пряники. Маршалу Советского Союза Соколову и главному маршалу авиации Колдунову — кнут. Чтоб и другим неповадно было упрямиться. А вновь назначенным — бочки варения и корзины печения.
Однажды генералы должны были дать Горбачеву согласие. Определить этот момент было легко. На то существовал точный индикатор.
За все годы существования коммунистической власти звания Маршала Советского Союза было удостоено 40 военачальников. Последний раз такое звание было присвоено товарищем Андроповым генералам армии Ахромееву, Куркоткину и Петрову. Это случилось 25 марта 1983 года.
После Андропова место в Кремле занял товарищ Черненко. И принял решение в мирное время звание Маршала Советского Союза никому не присваивать. Только во время войны.
В 1987 году после приземления Руста возле Красной площади Горбачев выгнал министра обороны Маршала Советского Союза Соколова и назначил министром генерала армии Язова. И вот ситуация: министр обороны — генерал, а в подчинении у него пять Маршалов Советского Союза, получивших такое звание при Андропове или еще раньше. Первый заместитель министра обороны — маршал. Начальник Генерального штаба — маршал. И еще трое — маршалы. А сам министр — всего лишь генерал.
Проходит год, два, три, а Язов так и остается генералом, имея маршалов в подчинении.
Раньше звание Маршала Советского Союза присваивали не только министру (наркому) обороны, но и командирам, которые занимали гораздо более низкие должности: инспектору кавалерии Буденному, командующему Дальневосточной армией Блюхеру, главному инспектору Министерства обороны Баграмяну, Главнокомандующему войсками ПВО Бирюзову, начальнику Главного политического управления Голикову, и даже первому заместителю начальника Генерального штаба Ахромееву, не говоря уже о командующих фронтами на войне и заместителях министра обороны. А тут самому министру вот уже три года такого звания не дают.
И вот, допустим, говорит Горбачев генералу армии Язову: если прикажу, согласишься вывести танки против народа?
Что должен ответить Язов? Правильно: присвоишь маршала, тогда посмотрим.
Горбачев, конечно, в этом случае должен был ссылаться на принятое и официально объявленное решение в мирное время никому маршальских звезд не давать. А Язов в случае очередного отказа должен был глубоко вздохнуть и ответь: в таком случае блюдем Конституцию, ни на шаг от оной не отступая.
И вот вдруг 28 апреля 1990 года товарищ Горбачев присваивает генералу армии Язову звание Маршала Советского Союза. Язов стал 41-м (и последним) Маршалом Советского Союза.
О чем это присвоение говорило? Только об одном: договорились.
Язов дал согласие в нужный момент вывести танки на улицы Москвы, а Горбачев, нарушив принятое ранее решение в мирное время звание Маршала Советского Союза не присваивать, его таки присвоил.

6.
Через год сработал второй индикатор: 3 августа 1991 года телевидение, радио, центральные газеты Советского Союза сообщили, что товарищ Горбачев, Президент СССР и Генеральный секретарь Коммунистической партии Советского Союза, отбывает в отпуск.
Зачем об этом трубить?
Тем более, что вся страна топчется в очередях за мылом и спичками, за макаронами и сахаром. В стране жрать нечего. Горбачеву страну спасать надо, а он по курортам разъезжает! И если ему нечего делать, кроме как брюхо на пляже греть, так хоть не звонил об этом со всех колоколен.
Но он вдруг зазвонил.
Ради чего? Да ради того, что решил спасать не страну, а свою власть в этой стране. Но кроме танков, никаких других инструментов для спасения у него не осталось. Но и репутацию великого демократа портить никак не хотелось. Потому: меня нет в Москве! Все слышали: нет меня тут! Если без меня что случиться, я не виноват! Я потом появлюсь, когда Советская Армия недовольных на танковые гусеницы намотает.
Замысел Горбачева: пусть маршал Язов передавит недовольных танками, я после этого в Москве нарисуюсь. Весь в белом.
Кстати, он такой финт уже проделывал, и не однажды.
4 апреля 1989 года в Тбилиси начался бессрочный митинг. Появились лозунги: «Долой коммунистический режим!», «СССР — тюрьма народов», «Долой советскую власть!», «Горбачева — на мясо!»
В ночь с 8 на 9 апреля митинг был оцеплен войсками и милицией. В 4.00 по приказу командующего войсками Закавказского военного округа генерал-полковника И. Родионова начался разгон. Оружие: слезоточивый и рвотный газ, резиновые дубинки (в народе — дубиновые резинки), малые пехотные лопаты, которые по незнанию иногда именуют саперными лопатками. Было убито 20 человек. За медицинской помощью после разгона обратилось более четырех тысяч человек: колотые и рубленные раны, отравление сильнодействующими химическими веществами.
Горбачев немедленно снял с себя любую ответственность: меня там не было! Приказа не отдавал! Тут же он снял с должности командующего войсками Закавказского военного округа генерал-полковника И. Родионова: он там командовал, он и виноват!
Должен заметить, что Советская Армия, при всех ее отрицательных качествах, в гражданские дела все же добровольно не вмешивалась. Существует достаточно свидетельств, в их числе — и документальных, что генералы Советской Армии весьма неохотно принимали на себя карательные функции. Например, вводу войск в Афганистан они упирались достаточно строптиво. Но победили товарищ Андропов, глава КГБ, и товарищ Устинов, совершенно гражданский человек, хотя и наряженный в маршальскую форму.
Если в Тбилиси Армия рубила людей лопатами, значит на то была высочайшая воля и команда «Фас». Но Горбачев после кровавого разгона вел себя так, как вел его благодетель и наставник товарищ Андропов после того, как был сбит южнокорейский Боинг — раз Армия сбила, пусть Армия и отвечает.
Именно так замышлял действовать Горбачев в августе 1991 года: пусть грязную работу делает Советская Армия, а меня в Москве нет. Все слышали: я в отпуск уехал.

7.
Итак, 3 августа 1991 года Горбачев вдруг решил отдыхать. Это решение само по себе было слишком подозрительным и странным: если летом в стране нечего жрать, что будет зимой? Золотой запас страны Горбачев просадил. Осталась 241 тонна. Если бы он тратил равномерно, то золота хватило бы еще на несколько месяцев. Но он тратил по нарастающей, с ускорением. Начинал медленно, потом во вкус вошел. Ему уже и пятисот тонн на год не хватало.
Раньше он деньги занимал. Но больше никто в долг ему не давал. Значит, тратить золото предстояло в еще более высоком темпе. Потому предстоящей зимой страну кормить было нечем. До весны не дотянуть. Неужели ему в такой момент было больше нечем заняться, кроме как на солнышке расслабляться?
Еще более странным было не само решение ехать на курорт, а громогласное, на всю страну и на весь мир, сообщение об этом.
В тот день я поднял трубку и сказал своему издателю: сто фунтов на бочку — он принял решение бросить танки на Москву.
19 августа мое предсказание сбылось. Маршал Советского Союза Язов, уподобившись Гитлеру, двинул танки на захват Москвы. Товарищ Горбачев находился на отдыхе и якобы сам такого решения не принимал.
Это стиль Андропова — экономические проблемы социализма разрешить полицейскими методами. Решение вывести танки на улицы Москвы было, мягко говоря, дурацким. Танк эффективен только когда прет вперед и разит врагов. Если он стоит на месте в большом городе, если солдатам никто не поставил задачу, кого надо давить гусеницами, кого расстреливать из пушки, а кого из пулеметов, если не ясно, кого рубить лопатами, то очень скоро начнется разложение. Просто потому, что к танку подойдут люди и спросят: «Ваня, ты кого убивать приехал?»
Это я уже проходил в Чехословакии.
19 августа 1991 года мне позвонил издатель: сколько времени они смогут танками контролировать Москву?
Отвечаю: три месяца.
Я просчитался. Я глубоко ошибся. Облажался. Обмишурился. Я переоценил свои предсказательные способности в тридцать раз.
Все рухнуло через три дня.

Виктор Суворов

О референдуме в Чеченской Республике Ичкерия, его законности и последующих выводах.

рубрика: Разное

ЧИТАТЬ ВСЕМ, КТО ЗАДАВАЛ ВОПРОС (СЕБЕ И МНЕ, ЗА ОДНО), О РЕФЕРЕНДУМЕ В ЧРИ, ЕГО ЗАКОННОСТИ И ПОСЛЕДУЮЩИХ ВЫВОДАХ.

И я познакомилась с человеком, который разъяснил мне этот вопрос.
Так я записала беседу с простым учителем, военруком, из небольшого села, Хасухой Магамадовым.
Здравствуйте, уважаемый Хасуха. Рада новому другу. В комментарии к моему посту вы начали обсуждение последнего чеченского референдума. Я попросила бы вас ответить на вопрос: когда и для чего проводился этот референдум.
Хасуха Магамадов: — Здравствуйте! Я не однократно поднимал эту тему, и у меня есть несколько текстов об этом. Но каждый раз появляются люди, которые с маниакальным упорством ссылаются на этот псевдореферендум, говорят о его законности. Для того чтобы понять, что в данном случае о законности тут речи быть не может достаточно почитать, что такое референдум вообще. Тем более что референдум может быть инициирован только легитимной властью в мирное время, а не под бомбежками и перестрелками.
Перед тем как говорить о референдуме надо сначала вспомнить «перепись» населения, которую в оккупированной ЧРИчкерии «провели» оккупационные власти. Не скажу о всей республике, расскажу только о своём родном селе. Я тогда преподавал в школе и мог это наблюдать. То есть видел всё своими глазами. Дело в том, что перепись проводилась в одном из кабинетов школы. Работники сельского совета просто взяли список прописанных в селе людей и составили списки избирателей. Когда закончили, они отправили списки в район. Там сказали, что мало. И эти работники несколько дней сидели и придумывали фамилии, имена, даты рождения, номера паспортов и адреса мертвых душ. Позже нам заявили о том, что в республике проживают более миллиона избирателей. Учитывая, что это было начало 2003 года такое количество населения было фантастическим. В одной Ингушетии тогда находилось более 200 000 беженцев, не говоря о тех, кто уехал дальше, вплоть до дальнего зарубежья.

Т.Р.: — Для чего проводили этот референдум?

Хасуха Магамадов: — Для создания законности нахождения войск на территории ЧРИ и для того чтобы создать иллюзию, что они находятся на своей территории.

Т.Р.: — Раз провели референдум, не означает ли это признание Ичкерии, как независимой страны?

Хасуха Магамадов: — Тут появляется несколько вопросов и на самом деле юридические коллизии.
1. Как они хотят объяснить, что они делали на этой территории до этого?
2. Как они объясняют первую российско-чеченскую войну?
3. Что делать с их термином » Восстановление конституционного строя»?
Это при условии, что им кто-то эти вопросы будет задавать.
Россия на самом деле признала ЧРИ несколько раз. В первый раз, когда ВС ЧИАССР подписал декларацию о независимости в составе СССР 27 ноября 1990 года. ВС РСФСР этот документ ратифицировал. Тогда это ни у кого не вызвало возмущений и с того самого момента ЧИАССР перестала быть автономией в составе РСФСР и во всех официальных документах республика называлась ЧИР, Чечено-Ингушская республика. И с того самого момента наша республика в политической жизни РСФСР, а позже и РФ никак не участвовала. К тому же в 20-х числах августа 1991 года ЧИР и СССР должны были подписать союзный договор, но как мы помним, путч этому помешал.
Второй раз Россия нас признала, когда полностью вывела свои войска с территории нашего государства в 1992 году. Это была первая страна на постсоветском пространстве включая страны Варшавского договора, которую полностью покинули войска этого монстра.
Стопроцентным признанием было подписание мирного договора между РФ и ЧРИ в 1997 году. Тогда Ельцин после самого подписания договора заявил, что наконец поставлена жирная точка в четырёхсотой войне между нашими народами. Напомню, что такого договора у России нет даже с Японией.
Я во время проведения референдума преподавал в школе и стал невольным свидетелем того безобразия. На самом деле я этот фарс всерьез не воспринимал, так как не считал это законным мероприятием. Это же очевидно. Людей на «референдум» приходило очень мало. В основном это были родственники тех, кто наконец-то получил власть. Они, в принципе, от школы почти не отходили, каждый раз перед тем как приезжал очередной телеканал они все заходили в школу и создавали видимость толпы. Мне было смешно на это смотреть, так как раньше я никогда не видел, как снимают кино. Это было именно так. С дублями, с интервью и т.д.. В перерывах между посещениями телевизионщиков, в школе, кроме учителей и военных, которые где-то слонялись, не было людей. Мне стало интересно: кто же голосовал с моей улицы. Тут я увидел адрес дома моего деда, умершего за два года до этих событий, и галочку, что он пришел и проголосовал. Я разозлился и предъявил это тому, кто был председателем избиркома или как там это называлось. Он сказал, что это ошибка. Позже они с комендантом спросили меня, почему не голосую я. Я ответил, что, во-первых, это всё незаконно, во-вторых, даже если на это закрыть глаза, то я как человек прописанный не в республике не имею права голосовать на мероприятиях местного значения, и то что солдаты российской армии тоже не имеют на это права. Позже я выкрал бумаги со списками, в которых голосовали, кроме умерших людей еще и те, кого в природе не существовало и попытался передать их одной из телекомпаний. В общем, они меня и сдали. Комендатуре. Они же там до глубокой ночи были. Ну и я вместе с ними. На следующий день меня увезли в район, а оттуда, спустя какое-то время, меня забрали родственники, заплатив выкуп 5000 долларов. Я почти по цене трупа был выкуплен. Там и за трупы тогда деньги брали.

Т.Р.: — Вас пытали? Угрожали?

Хасуха Магамадов: — Пытать не пытали, но издевались. Пару раз к стенке ставили и даже над головой очередь пустили.
Я все-таки их коллега в каком-то роде. Я военрук.

Т.Р.: — Вы служили?

Хасуха Магамадов: — Да. Советский офицер. Запаса.

Т.Р.: — Продолжайте. Что с вами случилось потом? Только поподробнее, пожалуйста.

Хасуха Магамадов: — Ночью везти меня в райцентр не стали, так как тогда по ночам оккупанты за пределы сел не выезжали. Могли и не доехать. Они тогда контролировали села только днем. Ночью все менялось. У них каждое село было в заложниках. Позже, когда огласили результаты «референдума» – все были в шоке. Во-первых, из-за количества избирателей. Во-вторых, из-за количества пришедших. Это было физически невозможно.
Через год я покинул республику и уехал в Европу. Уже почти 15 лет как я нахожусь за пределами оккупированной ЧРИ.

Т.Р.: — Удачи вам и тихой спокойной жизни.

Хасуха Магамадов: — Спасибо.

Татьяна Рубцова

Им хватает наглости жить среди чеченцев!

рубрика: Разное

Степан Кашурко

Семь десятилетий назад в дни депортации ингушей и чеченцев исполнители приказа Берии чинили дикие расправы над людьми – расстреливали и вешали, жгли и кололи штыками ни в чем не повинных детей, женщин и стариков, чьи отцы, мужья и сыновья в то самое время сражались на фронтах Великой Отечественной войны. И за это никто не понес наказания. Чудом уцелевшим свидетелям этих зверств оставалось только уповать на Бога, который велел людям не мстить злодеям: «Мне отмщенье, и аз воздам».
Что до самих палачей, они, уверенные в том, что их имена никто и никогда не предаст огласке, растворились в народе. А некоторые, наиболее наглые и циничные, даже поселились в той же поруганной ими Чечне. Как ни в чем не бывало, зажили среди вернувшихся из ссылки. Прикинулись добрыми соседями, друзьями. Но сколько веревочке ни виться… Одному из палачей, уютно устроившемуся в Чечне, не повезло – имя его стало известно. Случилось это так.
В 1990 году, будучи председателем Чрезвычайной комиссии по расследованию геноцида в Хайбахе, где 27 февраля 1944 года были заживо сожжены 705 жителей района, я изучал архивные документы и обратил внимание на рапорт начальника Галанчожского оперативного сектора полковника Гранского, который 28 мая 1944 года при подведении итогов депортации рапортовал:
«Заместителю Народного Комиссара Государственной безопасности СССР Комиссару госбезопасности 2-го ранга тов. КОБУЛОВУ
РАПОРТ
После выселения чеченцев и ингушей в Галанчожский район прибыли части военно-учебного стрелкового полка майора САЙГАКОВА для помощи Государственной комиссии по сбору скота и имущества, дислоцируясь подразделениями на хуторах Галанчожского района. Они допустили ряд безобразных фактов нарушения революционной законности, самочинных расстрелов оставшихся после выселения чеченок-старух, больных и калек, которые не могли следовать.
22 марта на хуторе Геличи Галанчожского района курсант СИНИЦА по приказанию мл. лейтенанта СТРУЕВА и сержанта СИДОРОВА расстреляли больного Гайсултанова Ибрагима, Джабаска Демилхана – калеку, Гайсултанова Умара – 8-летнего мальчика. Из них старик и мальчик были заколоты штыками.
19 апреля 1944 года этой же группой в район1️⃣ 19 апреля 1944 года этой же группой в районе хутора Геличи были расстреляны еще два неизвестных чеченца.
В хуторе Амки Галанчожского района оставалось после выселения 5 женщин-старух, которые по состоянию здоровья не могли следовать на пункты сбора. Бойцами этого же полка из подразделений, дислоцированных в Амки Ялхороевского сельсовета, через трубу в топящуюся печь сброшены были боевые патроны, которые рвались и убивали находящихся в избах людей.
По не уточненным данным курсанты этого же подразделения, находящиеся в Нашхоевском сельсовете Галанчожского района, произвели самочинный расстрел больных и калек до 60 человек.
Подобные самочинные расстрелы дали возможность бандитам АНЗОРОВУ Висаиту и др. проводить контрработу среди уклонившихся от выселения и вербовку в свои банды.
61-й учебно-стрелковый полк дислоцируется – станция Солдатская.»
Из последующих документов выяснилось, что за такое разоблачительно-откровенное донесение полковник Гранский был наказан.
В документах 61-го учебного стрелкового полка я нашел курсанта Синицу Василия Никитича и сержанта Сидорова Сергея Алексеевича, а в списках офицеров обнаружил и командира взвода 1-й пулеметной роты младшего лейтенанта Струева Николая Михайловича, 1924 года рождения, уроженца станицы Курганная Краснодарского края.2️⃣ Под тяжким впечатлением от прочитанного я решил разыскать этого Струева, отдававшего приказы убивать беспомощных чеченских стариков и детей. Поехал в станицу Курганную, где узнал, что в 1946 году Струев отбыл в неизвестном направлении. Затем я переполошил многие военкоматы, в которых мог стоять на учете офицер Струев, – все напрасно: следы ретивого карателя, казалось, затерялись безвозвратно. Ни на что уже не надеясь, на всякий случай я обратился и в военкомат ЧИАССР. Мне казалось, быть такого не может – не осмелится он обосноваться там, где убивал мирных жителей. Но он там и оказался! В ответ на мой запрос прислал письмо: «Я Струев Николай Макарович, а не Михайлович. Во время войны был на фронте, а не в Чечне. Так что извиняйте! Живу в станице Шелковской вдвоем с женой Надеждой Васильевной. Мы – мирные люди, у нас самая мирная профессия – учим уму-разуму чеченских детей. Интересно, как вы узнали мой адрес, кто дал его?»
Однако чутьё подсказало мне, что это и есть тот самый лейтенант Струев, который приказывал истреблять чеченских стариков. И я поехал в Шелковскую, взяв с собой двух братьев Ахильговых, ингушей. Почему ингушей? Боялся, что чеченские парни могут не сдержаться при встрече с одним из палачей их народа.
Струева пригласили в военкомат. Встреча состоялась в комнате на втором этаже. Он пожелал сесть у приоткрытого окна и на мои вопросы реагировал бурно, с угрозами – дескать, будет жаловаться в Обком, в ЦК, подаст в суд за клевету… И только тогда, когда я предъявил ему архивную фотокарточку и его собственноручное донесение начальству, Струев признался, что, страшась отмщения, вынужден был по прибытии на постоянное жительство в Галанчож поменять отчество. Я заметил, что тут он просчитался: отречение от родного отца не спасет его от позора. Струев сделал попытку выпрыгнуть из окна, но братья Ахильговы задержали его. На следующий день коммунист Струев пришел на прием к Первому секретарю Обкома ЧИАССР Доку Завгаеву, но я успел предупредить Доку Гапуровича о преступлениях Струева.3️⃣Из Грозного меня срочно отозвал в Москву Председатель Всесоюзного Совета ветеранов войны, труда и Вооруженных сил, Маршал Советского Союза Николай Васильевич Огарков.
Он меня знал в связи с моими поисками безвестных героев Великой Отечественной войны, а теперь получил от Струева жалобу на мои действия. В своей жалобе Струев, в частности, сообщил, что солдат его взвода Синицин, будучи курсантом, дезертировал, изобличен как мародер и даже предлагал ему, Струеву, украденную где-то форму офицера, а Кашурко возводит на него, честного коммуниста и фронтовика, поклеп, опираясь на клеветнический донос этого самого дезертира и мародера. В заключение своей жалобы, адресованной Маршалу Огаркову Н.В., Струев подчеркивает, что Кашурко «недоброе дело затеял. Разъезжая по Северному Кавказу, сеет вражду и ненависть между людьми. Надо его остановить. Помогите. А то доберется и до генералов. Выручайте!»
Маршал Огарков попросил меня найти курсанта Синицу, запятнавшего себя, по утверждению Струева, дезертирством и мародерством.
Подполковник в отставке Синица откликнулся без утайки и в назначенный срок прибыл из Сибири в Москву. В этот же день прилетел из Чечни по просьбе Маршала и его бывший командир.
Огарков задал ему вопрос:
– А что бы вы, Струев, сделали с Синицей, если бы довелось встретиться?
– В клочья бы разорвал негодяя! – глазом не моргнув, отчеканил Струев.
– Пригласите подполковника Синицу! – приказал Огарков.
В кабинет вошел статный сибиряк и с ходу молвил:
– Так вот ты какой, командир! Не только трус, но и подлый клеветник. Ты на меня написал донос в СМЕРШ о том, что я отказался выполнить твой приказ бросить в печную трубу связку гранат – в печь, у которой грелись больные старухи.4️⃣ Не забыл хутор Амки? Помнишь, как ты сам вскочил на крышу сакли, сбросил в трубу гранаты и, спустившись, стал ждать взрыва? Предвкушал развлечение! Ты нервничал, волновался, что взрыва нет и нет, а его не было потому, что печь почти погасла. А когда все-таки взрыв раздался, вспомни, как ты возликовал! Еще закричал: «Ребята, смотрите, глаза к потолку прилипли!»
Струев, как ошпаренный, вскочил со стула и забегал по кабинету, завопил:
– Заговор, предательство, гибнет страна, гибнут завоевания, партия, принципы! Сталина бы, Сталина!
Маршал не выдержал:
– Хватит придуриваться, оборотень! Кончилось ваше время! Езжайте домой. Просите прощения у чеченского народа!
Не могу сказать, что подействовало на Струева – то ли разговор у Огаркова, то ли совесть проснулась, то ли испугался народного осуждения. Или это и впрямь Бог воздал ему по заслугам. Так или иначе, но он не выдержал. Повесился. Хотелось бы верить, что всем врагам человеческим суждено в свой час поплатиться за пролитую кровь.

Степан КАШУРКО
заместитель председателя Международного Союза ветеранов войн и Вооруженных сил, академик АБОП, кавалер ордена Петра Великого 1-ой степени, бывший порученец маршала Конева».

видетельство Степана Кашурко

https://www.facebook.com/profile.php?id=100008316170826

Жестокий геноцид сталиншины.

рубрика: Политика/Разное

И будут прокляты они все и им сочувствующие.

В результате архивных и полевых расследований, опроса свидетелей и непосредственных участников акции выселения стал известен ряд фактов военных преступлений 1944 года против чеченского народа.

1. Высокогорное селение Ялхарой.

В этом месте советские солдаты расстреляли 86 чеченцев, уже пригнанных на сборный пункт для депортации.

2. Высокогорное селение Хьахилге общества Аьккха.

В местечке между Зингала и Бийци советские солдаты в феврале 1944 года расстреляли немощных стариков, мужчин, женщин и больных, силой отобранных у близких, которые, вместо продуктов питания, сами транспортировали их на себе. Всего было расстреляно 32 человека.

3. Чеберлоевский район. Озеро Кезеной-Ам.

Здесь было осуществлено массовое затопление “нетранспортабельной” части населения. Точное число потопленных чеченцев неизвестно.

4. Итум-Калинский район.

В этом районе советские солдаты, чтобы не утруждать себя вопросами транспортировки, да и “потехи” ради, забрасывали гранатами и бутылками с зажигательной смесью дома с больными людьми. Точное число убитых чеченцев неизвестно.

М.А. Амиров, житель села Алхазурово, свидетельствует:

“Летом 1944 г. абрек Иб Алхастов из Хильдехароя Итум-Калинского района со своими товарищами Жабраилом, Каби Мусой и другими переправлялся через горы Пешхоя. В одном месте они наткнулись на следы преступлений советских войск: на дне многометрового отвесного обрыва они обнаружили 12 тел мирных жителей со следами штыков и пуль. В иих числе была женщина с ребенком, девочкой около 3-х лет. Штык, воткнутый в спину женщины, вышел через спину этой девочки.”

5. Высокогорный район Малхиста.

Здесь среди советских солдат было “модно” сгонять чеченцев в пещеры и уже там истреблять. Точное число жертв русских расправ не установлено.

6. Ножай-Юртовский район.

В этом районе советские солдаты предпочитали засовывать чеченцев в кукурузные сапетки и, облив бензином, заживо сжигать. Точное число сожженных чеченцев неизвестно.

7. Высокогорное селение Пешха, недалеко от Нашха.

В морозные февральские дни 1944 года советские солдаты в пещере Ц1ен 1авлах хьех расстреляли 80 человек – детей, женщин и стариков.

8. Высокогорное селение Малхисты.

Расстреляно более 300 человек “нетранспортабельной” категории.

9. Урус-Мартан. Районная больница. 23 февраля 1944 года.

В этот день больные, собранные из близлежащих населенных пунктов, были доставлены в центральную урус-мартановскую больницу. В общей сложности набралось 72 больных, которые затем живьем были сброшены в овраг, расположенный в 10 метрах от здания больницы, и засыпаны мусором.

10. Общество Т1ерлой, населенный пункт Арстах.

Здесь советскими солдатами было осуществлено массовое истребление группы немощных чеченцев. Общее количество истребленных людей не установлено.

11. Ачхой-Мартановский район, на юге селения Валерик.

В этом месте был зверски убит Висита Анзоров, скрывавшийся в надежде спасти своего 10-летнего сына. Советские солдаты отрезали голову Висите, а 10-летнего мальчика взяли в плен. Затем солдаты принесли голову Виситы к мечети селения Шалажи и на площади села, перед мечетью, играли в футбол, используя вместо мяча голову Виситы. Отчаявшийся 10-летний сын нападал на играющих солдат, хватался за окровавленную голову отца, пытаясь отобрать ее у солдат, но затем и его солдаты стали гонять по площади вместо мяча. (Февраль — Март 1944 года. Из воспоминаний Дзияудина Мальсагова, сотрудника НКВД).

12. Галайн Чож, недалеко от поселения Iамие.

Здесь, вблизи Галайн-Чожского озера, в процессе депортации было расстреляно и брошено в озеро 600 детей, женщин и стариков.

13. Район Галайн Чож, селение Нашха.

Курсантами 61-го учебно-стрелкового полка было уничтожено с марта по апрель 1944 года более 80 человек – больных и калек, а 22 марта курсант Синица в хуторе Геличи по приказанию младшего лейтенанта Струева и сержанта Сидорова расстрелял калеку Д. Жарбиева и заколол штыком больного И. Гайсултанова и его сына Умара Гайсултанова, 8-летнего мальчика. В хуторе Амки оставалось 5 престарелых женщин, которые по состоянию здоровья не смогли уйти. Бойцы этого же полка, развлечения ради, через дымоходную трубу вбрасывали в дом боеприпасы, которые взрывались в печи, и таким образом убили несчастных обитателей этого дома.

14. Район Галайн Чож, селение Хайбах.

Здесь 27 февраля 1944 года советские солдаты заживо сожгли около 700-750 человек, преимущественно детей, женщин и стариков Самому старому было 110 лет, а самым маленьким малышам – несколько часов от рождения.

— Очерк Лемы Усманова перепечатан с сокращениями из газеты “Право-защита” №1 (58), март 2004 г. Газета издавалась Нижегородским обществом прав человека.

Жестокий геноцид сталиншины.И будут прокляты они все и им сочувствующие.В результате архивных и полевых…

Publiée par Рамзан Гуциев sur Lundi 25 février 2019

 

рубрика: Разное

Судьба крымских татар известна всему миру после победы Джамалы на Евровидении, но меньше внимания уделяется тому, что в 1944 году были депортированы чеченцы, ингуши, карачаевцы, балкарцы и турки-месхетинцы, хотя Дарья Кулеш сочинила замечательную песню «Луна и летчик», посвященную операции «Чечевица». В песне «Луна и летчик» мы вспоминаем тех, для кого 23 февраля 1944 года стало концом света и началом чудовищной несправедливости, которая продолжается и по сей день. Это история семьи и нации, изгнанных со своей родины – Ингушетии – по приказу Сталина. Диктатор объявил их врагами народа в 1944 году – несмотря на то, что на самом деле они сражались за Россию на войне и потеряли на фронте близких людей. В середине зимы, 23 февраля 1944 года, ингушский и чеченский народы были жестоко изгнаны из своих домов, со своей родины.

Хотя литературные контакты между Европой и Кавказом относятся ко времени крестовых походов и менестрелей, на Кавказе все еще есть что-то экзотическое в глазах многих европейцев. Насколько замечательными и старыми двусторонние германо-кавказские контакты в литературе ни были, тем не менее это были именно русские писатели, которые дали тему вступления Кавказа в мировую литературу. Даже больше, чем Италию привлекали европейские поэты, Кавказ очаровывал русских поэтов: Александр Пушкин, Лев Толстой или Максим Горький были вдохновлены культурой и природой Кавказа, но их работы не были свободны от колониального стереотипа «Криминальный кавказский» или «порочный вайнах».

Ни один, кроме абхазского писателя Фасил Искандер больше не описывал культуру Кавказа и очарование многонациональной культурной жизни. В дополнение ко множеству существующих этнических групп он также изобретает фиктивный «Эндурье», чтобы обратить внимание на страдания народов Кавказа, депортированных Сталиным. Сегодня я хотел бы сообщить вам об этой депортации и двух из этих народов, Нохчий и Галгаи, которые русские назвали чеченцами и ингушами.

В период с ноября 1943 года по декабрь 1944 года, когда немцы больше не представляли риск для Кавказского фронта, у Сталина были крымские татары, калмыки и кавказские народы чеченцев, ингушей, карачаевцев, балкарцев и турок-месхетинцев, депортированных в Центральную Азию. Несмотря на Великую Отечественную войну, на Кавказ были отправлены десятки тысяч грузовиков и грузовых вагонов, 100 000 солдат НКВД и три армии войск страны. Комиссия по расследованию НКВД посетила регион в октябре 1943 года и пришла к выводу, что чеченцы и ингуши были религиозными фанатиками и бандитами и постоянно угрожали Советскому порядку. В качестве оправдания депортации они были подвергнуты сотрудничеству с фашистским врагом, хотя многие чеченцы и ингуши служили в 255-м отдельном чечено-ингушском кавалерийском полку Красной Армии, а некоторые, как и Маулид Алерович Висаитов, сражались в битве за Сталинград и были награждены орденом Советского Союза. В то же время в призовых документах они были записаны под другими национальностями: Хаваджи Магомед-Мирзаев был записан как татар, Ирбайан Бейбулатов, как Кумык, Хансултан Дачиев как осетин, Ханпаша Нурадилов, так как Азербайджан и национальность Абухаджи Идрисова не были указаны.

Для успокоения местного населения официально было объявлено о проведении масштабных учений в горных районах республики для подготовки наступления Красной Армии в Карпатах. Войска располагались в лагерях вблизи сёл. К населению обращались с просьбами по улучшению и строительству дорог. Население относилось к солдатам радушно.

21 февраля Берия издал приказ по НКВД о депортации чечено-ингушского населения. Депортация и отправка эшелонов в пункты назначения началась 23 февраля 1944 года в 2:00 по местному времени и завершилась 9 марта того же года. Операция началась по кодовому слову «Пантера», которое было передано по радио.

29 февраля 1944 года начальник секретной полиции НКВД Лаврентий Берия направил Сталину письмо, в котором он сообщил: «Сообщаю результаты операции переселения чеченцев и ингушей. Переселение началось 23 февраля в большинстве районов, за исключением некоторых высокогорных районов. 478 479 чел. Чеченский народ, который включал 91 250 ингушей, был выселен и загружен на специальные вагоны. Были загружены сто восемьдесят специальных поездов, из которых 159 были отправлены на новое обозначенное место».  Для этой «героической» операции депортации Берия и 711 его когорт были награждены правительственными наградами СССР.

Наравне со всеми были депортированы семьи Героев Советского Союза И. Бейбулатова, Х. Мухамед-Мирзаева, А. Идрисова, Х. Нурадилова, Х. Дачиева; жена и трое детей героически погибшего Маташа Мазаева; борца за установление Советской власти Асланбека Шерипова. После окончания войны был выслан Герой Советского Союза Х. Дачиев.

Отмечен ряд случаев, когда чеченцы, освобождённые от депортации за заслуги перед страной, отправлялись в неё добровольно. Так поступили, например, ставший впоследствии Народным артистом СССР и Героем Социалистического Труда Махмуд Эсамбаев и видный общественный и политический деятель Муслим Гайрбеков, впоследствии один из руководителей восстановленной Чечено-Ингушетии.

Названия соответствующих территорий были переименованы и границы были перерисованы, а отдельные этнические группы были переведены в поезда в отдаленные районы Центральной Азии, Казахстан и Кыргызстан. Части Чечено-Ингушской АССР были добавлены к соседним народам, осетинам, дагестанцам и грузинам, а остальная часть — к Грозненской области. На этнически очищенных территориях проживали люди из соседних районов, а также из России и Украины.

Советское государство вызвало смену улиц и названий мест, уничтожило памятники и архивы, удалило книги из библиотек и стерло записи этих народов из Великой советской энциклопедии. Могилы чеченцев и ингушей систематически разрушались, а камни использовались для строительства домов. Все памятники в честь героев гражданской войны были уничтожены. В Грозном власти расчистили памятник в 1923 году в честь «первого коммуниста» Чечни Асланбека Серипова. Каждая память об этих народах должна была быть искоренена, их вклад в гражданскую войну и строительство социализма отвергнута. С другой стороны, снова был выставлен памятник царскому генералу Алексею Ермолову в Грозном, который был снят в советское время. Высказывание «У меня нет покоя, пока один чеченок все еще жив» приписывается ему.

Депортация была направлена не только на «создание порядка на Кавказе», потому что в понимании Советской власти искоренение целых народов должно также разрушать их традиции и образ жизни, которые считались отсталыми. В изгнании советские люди должны были быть созданы от так называемых специальных поселенцев, а социальные связи между ними должны быть разбиты. Местные органы безопасности создали контрольный орган, основанный на репрессиях и запугивании. Люди должны были вынуждены приспосабливаться. Только когда они следовали за своей работой в государственных сельскохозяйственных и промышленных хозяйствах, они получали достаточное количество пищи. Жизнь в изгнании означала невыразимые страдания, голод и болезнь.

Из полумиллиона северных кавказцев, которые были депортированы в Казахстан в 1943-44 годах, одна пятая умерли к 1946 году и из особых поселенцев, которые были отправлены в Кыргызстан, более четверти. Только после 1950 года ситуация стабилизировалась, и статистика снова зафиксировала больше рождений, чем смертей. Люди, насколько это возможно, помогали друг другу, что облегчало нужды. Депортированные с Северного Кавказа также наладили отношения с казахским и кыргызским населением, но не с русскими.

В 1940—1950-х годах имели место массовые стычки между депортированными и преступными элементами, действовавшими при попустительстве власти. Уголовники пытались подчинить чеченцев и ингушей воровским порядкам. Однако горцы повсеместно давали жёсткий отпор таким попыткам, часто при этом беря под защиту русских, мусульман и «политических». Последних спецпереселенцы считали своими товарищами по несчастью. Вайнахи в сталинских лагерях и тюрьмах выступали в роли защитников обездоленных.

Смерть Сталина в 1953 году привела к ослаблению режима контроля. Репрессии вернулись, но статус ссыльных пока не изменился. Только через три года после смерти диктатора 16 июля 1956 года ограничения, налагаемые особым статусом на ссыльных, были отменены указом. Однако в то время право на возвращение домой не было предоставлено. Когда тысячи вернулись домой, Центральный Комитет Коммунистической партии 24 ноября 1956 года решил разрешить народам возвращать и восстанавливать национальные территории.

Тысячи аварцев, Даргин и Лакс, которые были переброшены в эвакуированные районы после изгнания чеченцев и ингушей, должны были вернуться в свои первоначальные поселения в Дагестане. Однако конфликты также возникли из-за того, что границы недавно созданной Чечено-Ингушской АССР не всегда совпадали с границами исходных существующих территорий. В частности, ингуши настаивали на возвращении всей территории от осетин. Именно этот нерешенный вопрос, который должен был привести к напряженности между народами даже после этого, должен был положить конец в начале 1990-х годов в насильственные конфликты. [На Северном Кавказе в 1992 году вокруг Пригородного района произошел первый кровавый конфликт такого рода между ингушами и осетинами, что привело к изгнанию почти всех ингушей из этого района.

В долгие годы правления Леонида Брежнева впервые в повседневной жизни людей появилась определенная норма, но это не скрывало того факта, что чеченцы и ингуши по-прежнему подвергались дискриминации со стороны русского населения в позднем советском периоде. Русские все еще занимали большинство высших чинов в правительстве и в партийном аппарате и занимали лидирующие позиции в бизнесе и промышленности. Только в 1989 году с Доку Завгаевым первый чеченец был назначен на должность Первого партийного секретаря республики.

Особенно в таких городах, как Грозный, многие чеченцы чувствовали, что они люди второго сорта. Их неудовольствие усиливалось из-за того, что в течение всего позднего советского периода несправедливость, которую чеченцы и ингуши и другие северокавказские народы восстановили из-за депортации правительством, не могла быть высказана открыто. Мало того, что это событие напоминало одну памятную мемориальную доску, но и в конце советского периода не было памятника, посвященного чеченским или ингушским героям революции и гражданской войны. С другой стороны, статуя генерала Алексея Ермолова в Грозном оставалась нетронутой даже после возвращения северокавказцев из ссылки.

Советские историки, которые занимались историей Чечено-Ингушской АССР, в значительной степени проигнорировали трагедию депортации. Только в короткий период в начале 1960-х годов историки могли упомянуть, по крайней мере, о факте депортации и распада Чечено-Ингушской АССР. Однако историк Владимир Филькин, один из немногих, кто упомянул о депортации в своей публикации в 1960 году, обвинил Берию, «врага партии и народа», который в обстановке военной ситуации и преувеличенного культа личности распустил Чечено-Ингушскую АССР и депортировал народы.

Уже в конце советского периода это была память об истории, в которой воспламенилось недовольство чеченцев. В начале 80-х годов в Грозном под эгидой первого партийного секретаря России М. Суслова отмечались торжества в ознаменование 200-летнего «мирного союза» Чечни в России, когда группа интеллектуалов внутри чеченских историков и позднее архивариус Магомед Музаев отреагировали, выдвинув протест. В этой связи группа осудила интерпретацию истории, распространенную в книгах по истории с начала 1970-х годов, как фальсификацию. Для этого Музаев и другие участники акции были преследованы местной тайной полицией, с запретом на выступление и публикацию и освобождением от должности.

Ситуация изменилась только в конце 1980-х годов, когда советский партийный секретарь Михаил Горбачев ввел меры либерализации. В контексте новой открытости (гласности) урегулирование со сталинским прошлым представляло собой центральную проблему реформ Горбачева. 14 ноября 1989 года Верховный Совет СССР объявил о насильственной высылке народов, в том числе балкарцев, ингушей, калмыков, карачаевцев, крымских татар, немцев, турок-месхетинцев и чеченцев как о незаконном и преступном акте варварского сталинского режима, Верховный Совет РСФСР под председательством Бориса Ельцина следовал решениям Союзов, а в Статье 2 Постановления от 26 апреля 1991 года явным образом заявил о ссылке при Сталине, как «политика клеветы и геноцида».

В конце 1980-х годов в газетах сообщалось о преступлениях Сталина, а в начале 1990-х годов они публиковали первые статьи в специализированных журналах на основе разведывательных записей из советских архивов. Историк Николай Бугай первым исследовал историю депортации чеченцев и ингушей на основе советских архивов и опубликовал результаты в 1990 году. В пострадавших республиках Северного Кавказа политика открытости обнаружила сильные реверберации. В Чечне депортация теперь стала предметом обсуждения, которая выражалась в рассказах, а также в музыке и в поэзии.

Во время краткого правления президента Джохара Дудаева в самопровозглашенной Чеченской Республике Ичкерия, после распада Советского Союза было решено, что дата депортации запомнится не как день траура, а как День национального возрождения. В начале 1990-х годов в центре Грозного был установлен мемориальный комплекс в память о жертвах депортации по инициативе первого чеченского президента, генерала Джохара Дудаева. В центре мемориала была высечена рука с кинжалом, перед которой был разложен сделанный из камня раскрытый Коран. Вокруг располагались десятки чуртов, которые были свезены практически изо всех районов республики. На одной из стен, окружавших комплекс, была сделана надпись: »Духур дац! Доьлхур дац! Диц дийр дац!« (Не сломимся! Не взрыдаем! Не забудем!). После завершения первой военной кампании, при восстановлении комплекса, последняя фраза была заменена на «Дуьтур дац!» (Не оставим!).

Однако две войны, которые Россия вела против независимости Чечни в период между 1994 и 1996 годами и снова после 1999 года, потребовали не только десятков тысяч человеческих жизней и вынудили сотни тысяч людей бежать, но также пошли рука об руку с уничтожением независимой национальной самобытности и культуры. Особенно в первой чеченской войне армия уничтожила архивы, библиотеки, музеи и памятники. Уничтожение Чеченского национального архива было особенно разрушительным: 80 процентов документов, содержащихся в нем, включая записи депортированных, были жертвами пламени из-за нападения российских ВВС. С точки зрения заинтересованных сторон, безрассудный подход России был также сравним с террором сталинской эпохи.

23 февраля 1997 года, в годовщину депортации, в Назрани был открыт Мемориал «Девять Башен» по проекту заслуженного художника России Мурада Полонкоева. В 2002 году автор был удостоен за этот проект золотой медали Российской академии художеств.

Рамзан Кадыров, который управлял Республикой с 2007 года железной рукой и по милости России, никогда не отрицал трагедию депортации открыто. Однако он избегает упоминания конкретных причин или лиц в вопросе о вине и ответственности. Таким образом, Кадыров в речи перед народом в контексте нового «Дня памяти и позора народов Чечни», представленного им 10 мая 2011 года, сказал: «известно, что всегда есть люди, которые ошиблись или намеренно берут на себя ответственность за такое деяние. Но теперь называть имена не имеет смысла.» В память о депортации Кадыров условно зафиксирован, но весной 2011 года он приказал отложить дату с 23 февраля по 10 мая. Новым является то, что депортация должна была быть задумана в рамках общего «Дня памяти и позора народов Чечни». Однако в этот день следует помниться не только страдания чеченцев, но и отца Кадырова Ахмата Кадырова, убитого 9 мая 2004 года. Как и все чеченцы, он изначально сражался с федеральными войсками на первой войне, но затем сменил стороны, чтобы быть назначенным из Москвы главой Чечни. В этом чтении история Чечни как автономной республики начинается не с Дзочара Дудаева, а с Ахмата Кадырова. Поскольку день его смерти совпал с национальным праздником 9 мая, «День победы над фашизмом» Рамзан приказал перенести День памяти до 10 мая. Его решение отложить дату памяти Аардаха с 23 по 10 марта Рамзан Кадыров в основном связано с советскими взглядами на дружбу народов, поскольку они в настоящее время отмечаются Кремлем. Это можно понять, как попытку стабилизации отношений между Чечней и Россией. Однако последние исторические события продемонстрировали, в случае Чечни, большой потенциал для конфликтов таких политически мотивированных истолкований истории. История еще не разработана. Она не забыта и не закончена.

Уже в 2008 году Рамзан Кадыров попытался изменить прошлое в свою пользу, переместив памятник Дзочару Дудаеву на свалку. Шахман Акбулатов рассказал кавказской группе, что требование этого мемориала не вписывается в определенный генеральный план восстановления города, так как просто надуман и не соответствует действительности. Попытка разбора привела его к озвученному общественному возмущению против властей, имевших дело с предками и с Аардахом. Наталья Эстемирова, правозащитник, сыграла важную роль в этих протестах, и благодаря ее обещанию, было гарантировано сохранение могил. Через год ее похитили в Грозном, и ее тело было найдено несколько дней спустя Назрана.

Кавказский корреспондент Манфред Куиринг описал похороны Натальи Эстемировой, при которых он лично присутствовал: «Грозный — абсолютная завершенность, это «больше никогда», которое Лана все еще не может понять. 15-летняя чеченская девушка осознает этот факт больше, чем знает: «Отныне в моей жизни всегда будет что-то, чего не будет, но никогда не будет так, как когда-то было». Лана, ее голова покрыта в черную ткань, оплакивающая ее убитую мать, активиста чеченских правозащитников — Наташи Эстемировой. (…) Лана почти не прослезилась из-за утраты, которую она испытала. Это четверг, день, когда чеченцы традиционно отмечают свой похоронный праздник, Сак. «Конечно, я знал, что моя мать умрет», — говорит Лана, мудрая, хрупкая девушка, которая олицетворяет страдания последних нескольких дней. »Но не так скоро!» Ее голос теперь низкий, он звучит как крик. «Я всегда думала, что у моей матери будет долгая хорошая жизнь с внуками», — говорит 15-летний девочка. (…) Наташа, которая на самом деле учительница, всегда позиционировала себя защитником преследуемых — ее работа заключалась в том, чтобы помогать людям без голоса. За это время она регулярно критиковала народы в окружении президента Рамзана Кадырова. Кадыров ненавидел ее, но чеченские соотечественники любили ее. «Она была сердцем и умом организации, — вспоминает друг. «Прихожая с ней всегда была полна необходимости, но все просто хотели поговорить с ней, они ей доверяли».

В то время как Кадыров расширял свою власть после устранения Наташи Эстемировой, Саремы Садулаевой, Алика Умара Джабраилова и Станислава Маркелова, он разбирал шаг за шагом монументы в память о депортации. В 2010 году он был окружен и стал не только недоступным, но даже невидимым извне. Весной 2011 года Кадырову было приказано отложить дату с 23 февраля по 10 мая и начать переключить внимание с депортации на «Бессмертный полк» и «неразрушимую дружбу народа», распространяющуюся по сталинизму, придавая войне имидж как общему делу всех работников в независимости от гражданства или религиозной принадлежности.

В феврале 2014 года памятник, который был построен в 1992 году для жертв депортации Сталина в 1944 году, был «отреставрирован и восстановлен» от имени Кадырова. Различные могилы (надгробия) были повреждены или разрушены, чтобы освободить место для памятника отца Кадырова, который был убит 9 мая 2004 года. Надгробные камни, которые были осквернены после депортации и привезены чеченцами на мемориал в 90-е годы со всей республики, были перенесены в комплекс совершенно иного значения. Последний посвящен российским полицейским, которые были убиты на Северном Кавказе, и находится там, где проспект Ахмада Кадырова ведет на проспект Путина.

Трусливое молчание общественных организаций, которых у нас насчитываются сотни, говорит о полном отсутствии у них чувства гражданского мужества и ответственности. Сегодня у нас не осталось таких людей, как Наташа Эстемирова, которая в 2008 году сумела отстоять этот мемориал. Понятно, что общество запугано, что люди боятся репрессий со стороны органов власти, но это не повод для того, чтобы сидеть сложа руки и ждать, пока кто-то где-то поднимет этот вопрос. Можно было сделать хотя бы заявление о своем несогласии с действиями властей. Но даже этого никто не удосужился сделать. По крайней мере, об этом пока неизвестно. Все обсуждение идет в Интернете, да и то в большинстве выступают чеченцы, которые живут за рубежом, — сказал корреспонденту »Кавказского узла« студент ВУЗа в Грозном Мовсар А.

Мало того, что этот мемориал был уничтожен – вагон со скотом, символ депортации, установленный всего за несколько месяцев до этого, также внезапно исчез. В том же году Руслан Кутаев был заключен в тюрьму за предполагаемое хранение наркотиков. Это произошло после того, как он организовал конференцию, посвященную семидесятилетию сталинской депортации северокавказцев. Рамзан Кадыров не одобрил происходящее — после конференции, Магомед Даудов, более известный как Господь, пригласил всех организаторов на встречу с президентом. Руслан оспаривал просьбу Даудова и был арестован на следующий день. Согласно официальной версии, сотрудники прав охранения беспорядочно остановили его в деревне Гехи. Во время обыска тела они обнаружили, что Кутаев, который является непьющим и некурящим, проносил три грамма героина в заднем кармане. Во время его задержания его пытали и принуждали к чистосердечному признанию. Они держали Кутаева голым в подвале, положили топор ему на шею, в это время его били электрическим током, пытали его электрической дубинкой. По словам Кутаева, активная роль в его пытках сыграл заместитель министра внутренних дел Чечни Апти Алаудинов и глава офиса президента Магомеда Даудова. Они показали ему фотографии его племянников – из чего он должен был понять, что его семья постоянно контролируется. «Физическая боль ушла, мои раны зажили, но уверенность в том, что правительство использует силы прав охранения для борьбы с политиками, активистами гражданского общества и правозащитниками, наполняет меня ужасом, потому что я знаю, что этих людей обречены на такую же судьбу», — сказал Кутаев в своем последнем выступлении перед судом.

В 2015 году заместитель министра внутренних дел Чечни Апти Алаудинов начинает закрывать все интернет-страницы, посвященные Абреку, которые сопротивлялись депортации, особенно женщины-боевики. Лайзат Байсарова, которая воевала в Ингушетии, как Абрек против войск НКВД, также спустя годы после депортации, была одной из многих женщин, которые присоединились к лесу и сопротивлялись, и чья судьба в сегодняшней Чечне заглушена, потому что она не соответствует женскому образу в восприятии Рамзана Кадырова. В Чечне массовое неравенство и угнетение женщин, является частью государственной политики. Даже если Рамзан Кадыров утверждает, что возглавляет мусульманскую республику, основанную на правительстве традиционного чеченского адата и ориентируясь на российскую конституцию, именно его собственная глубоко шовинистическая и антиженская политика определяет повседневную жизнь женщин в Чечне. Массовое вмешательство Кадырова в семейные дела гражданского населения также нарушает традиции самой Чечни. Это еще один шаг, после введения дресс-кода для женщин 2010/2011 (платок, длинные юбки), запрет на длинные бородки для мужчин и т. д., к массивному контролю над частным сектором. Кадыров убежден, что Чечня и ее граждане являются его собственностью, так сказал он в нескольких телевизионных интервью.

В феврале 2016 года началось строительство «Грозного Молла», которое является частью последнего проекта Рамзана Кадырова — башни Ахмат, здание высотой 435 метров с музеем, посвященным его отцу. Проект не вызывает энтузиазма у жителей Грозного. Многим не нравится, что огромная башня появится через дорогу от центральной мечети, которая будет буквально в тени бизнес-центра. Забор, который окружает территорию будущего «Грозного Молла» близко примыкает к памятнику жертв депортации Джугашвили 23 февраля 1944 года. Жители считают, что из-за перечисленных действий в прошлом, мемориал будет полностью разрушен, хотя власти уверяют об обратном. Так как здание будет самым высоким в Российской Федерации — на 59 метров выше, чем башня «Восток» комплекса «Федерация» в Москве, уже прозвана Вавилонской башней. Хотя вариации, подобные библейскому описанию Вавилонской башни, существуют и в исламской традиции, центральная тема Бога, разделяющий человечество на основе языка, чужда исламу по мнению автора Яхии Эмерик. В исламских убеждениях он утверждает, что Бог создал народы, чтобы знать друг друга и не разделяться.

Благодаря профессору доктору Джерониму Перовичу, чья книга «От завоевания до депортации — Северный Кавказ по русскому правлению», которая является одной из немногих научных работ на эту тему, послужила основой для этого текста, а также для песен, написанных Дарьей Кулеш — The Moon and the Pilot & The Panther (Laisat Baisarova), чтобы память о Aaрдах не кануло в лету.

https://kavkaz-koban.blogspot.com/2017/02/Aardakh-1944

идти наверх