Шулерство на картах. (Ответ на статью в «Кавказском Узле»).

рубрика: Политика
Фото из соцсетей

В вопросе земельного размежевания Чечни и Ингушетии «Кавказский узел» исключительно из-за нелюбви к Рамзану Кадырову пренебрег объективностью, фактами и мнениями людей, в том числе и тех, чьей родовой является оспариваемая территория, и взял однозначно сторону автора провокационных и нацистских по сути опусов в адрес чеченцев Идриса Абадиева.

Для немного разбирающихся в ситуации на Северном Кавказе не является секретом, что одним из идеологов акции в Ингушетии стоит этот фэнтези-историк и маргинальный политик, а возглавляемая им структура «Мехк-кхел» почти в полном составе входит в оргкомитет митинга в Магасе. Это знают и в Ингушетии, и в Чечне. Чеченские и даже ингушские пользователи сети публикуют их провокационные выступления, комментируют, однако на «Кавказский Узел» попадает достаточно сглаженная, порой даже отретушированная правда о происходящем. А как же еще?! Это же народ вышел защитить свои права, пытается свергнуть коррумпированную власть, в страхе распродающую землю всему миру известным вурдалакам с востока, как же не поддержать? И потом, они так организованы, так хорошо пищу подносят старикам и мусор убирают — просто лапочки, нам бы, в Питере или в Москве с них пример! Под таким незатейливым соусом подаются события в Ингушетии большинством либеральных СМИ, их подхватывают и тиражируют в Фейсбуке и в Инстаграм сотни и тысячи неравнодушных пользователей. Неполная правда, а иногда и полная, скажем так, неправда начинает гулять по городам и весям России, осаждается в мозгах людей за ее пределами. К сожалению, часто она теперь исходит и от «Кавказского Узла». Например, последняя статья, названная с претензией на научность «Неравноценный обмен Ингушетии с Чечней: анализ картографов». Само это название провокационно, чего журналисты в напряженной ситуации, ситуации, которая может обернуться кровью, жертвами — да чем угодно! – должны бы, казалось, избегать. Но оставим провокацию на совести самих авторов материала. Не будем считать, что сделали они это осознанно. Обратимся лучше к его содержанию. Авторы утверждают, что в результате соглашений Евкурова-Кадырова Чеченская Республика «обогатилась» за счет Ингушетии 26 тысячами гектаров, отдав своих только тысячу. То есть 25 тысяч гектаров восточный большой сосед прикарманил за счет своего западного, маленького. Пора бы возмутиться, но есть одно но: официально утвержденная по результатам работы комиссий из двух республик карта новых границ сравнивается с рисованной картой Республики Ингушетия из «Википедии»…

Наверное, ни для кого не является секретом, что обозначение границ между субъектами одного государства и уж тем более между государствами – это работа двухсторонняя. В случае с Чечней и Ингушетией граница двух республик оставалась не обозначенной с момента их развода в 1991 г. Но, и это существенно, спорной она была только в пределах равнинной части бывшего Сунженского района. В горной части граница пролегала по реке Фортанга и никто ее нигде не оспаривал до последних событий. На официальных картах Ингушетии середины 90-х гг. район Цеч-Ахка и Мереджа всегда был на чеченской стороне. К началу второй войны здесь стоял таможенный пост, а в лесничестве на правом берегу, получая зарплату (когда ее давали, конечно – в Чечне с этим было тогда не все хорошо) в районном центре Ачхой-Мартан, работали жители прилегающих к этой местности ингушских сел.

Многие годы после начала второй войны территория в районе родовых поселений Цеч-Ахк и Мереджой оставалась вне контроля властей Чеченской Республики. И тому есть простое объяснение: здесь находились базы чеченских повстанцев, против которых российские военные регулярно проводили боевые операции, а леса и высоты вокруг этих брошенных поселений подвергались ударам с воздуха и с земли.
Но и после завершения т.н. контртеррористической операции у властей Грозного до глухого ненаселенного «медвежьего угла» руки дошли не скоро. Быстрее среагировали органы власти Ингушетии. Тайно и без уведомления чеченской стороны они провели тут межевание, отнеся земли по правую сторону Фортанги к землям ингушских поселений Даттых и Алкун. Чуть позднее сюда передвинулся и заповедник «Эрзи», первоначально созданный в Джейрахском районе за Скалистым хребтом. Более того, многие годы в планах Ингушского автодора значилось строительство дороги Даттых – Ялхарой, причем это, опять же, не согласовывалось с властями соседней республики. Напомню, что Ялхарой – это центр малонаселенного Галанчожского района Чечни.

«Кавказский Узел» в своем материале «Неравноценный обмен Ингушетии с Чечней: анализ картографов» всех этих обстоятельств не учел. Если его готовил кто-то из Ингушетии, то осознанно, что может свидетельствовать о преднамеренной фальсификации. Если же за этим стоял кто-то из Москвы, то он мог и не знать всего и тогда можно говорить о непрофессионализме самого журналиста и ресурса в целом, которые не озаботились изучением предмета и поиском объективных данных для оценки земельных «приобретений» чеченской стороны. И то, и другое «Кавказский Узел» не красит, если мягко сказать.

Для того, чтобы показать, как чеченцы «нагрели» ингушей, была использована карта из «Википедии» (см. картинку 1, обращая внимание на контуры границ, а не на цвет и обозначения нас. пунктов).
Но там же в «Википедии», к примеру, можно найти и такую, в которой северо-восточные участки республики не так выпукло заходят в сторону Чечни (см. картинку 2).

Полагаю, используй «Кавказский узел», эту, вторую, карту, то аппетиты сегодняшних чеченских властей показались бы картографам чуть менее впечатляющими.

Еще менее зверскими они смотрелись бы, если для анализа выбрали настоящие карты. Карты Чеченской и Ингушской, скажем, Автономных областей до их объединения в 1934 г. В любом случае – это единственные официальные карты с демаркированной границей в районе Цеч-Ахк и Мереджа. Вот эту, к примеру, от 1928 г. из Путеводителя по Ингушетии, отпечатанного во Владикавказе в типографии ингушского – не чеченского! – издательства «Сердало» (см. картинку 3).
Как видим, граница с Чеченской Автономной областью здесь проходит по руслу реки Фортанга. Более того, с севера-востока Ингушская Автономная область граничит с сунженскими казаками. Территориально тогда это другой субъект – не ингушский!. Но уже в следующем году эти земли будут присоединены к Чечне.

Вплоть до начала 90-х гг. 20 века, когда ингуши заявили о желании образовать свою республику, в Карабулаке, Троицкой, Слепцовской, Нестеровской и Ассиновской в подавляющем своем большинстве будет проживать русское население.
Другими словами, вот если бы все это было принято во внимание «Кавказским Узлом», если бы они положили перед картографами эти карты, а не односторонне сфабрикованные, то и результат у них получился бы, думаю, другой. Уверен, что речь в материале шла бы не о зверином аппетите чеченцев, а об их благородном, братском и уж точно щедром разделе Сунженского района. Ведь из него Чеченской Республике достался один населенный пункт (с. Серноводск в составе Чечни с 1921 г.), тогда как Ингушетия только тут, не считая нынешнего Малгобекского района, получила сразу шесть русских станиц и два населенных исключительно чеченцами села. Показательный факт: на территории Чеченской Республики нет ни одного села с ингушским преимущественно населением, но зато в Ингушетии с чеченским их минимум пять. Некоторые из них не новострои – исторические! Мне кажется, что это тоже о чем-то говорит…
Если карты Чечни и Ингушетии до их объединения кого-то не впечаляют, если они кажутся слишком старыми, древними и не от мира сего, то «Кавказскому Узлу» надо было найти и положить перед спецами от картографии границы хозяйств, в данном случае лесничеств, которые были там перед самым распадом Чечено-Ингушетии. Кому они принадлежали раньше и каким образом вдруг оказались под другим флагом, хорошо показано на прилагаемом внизу видео (см. видео) https://www.facebook.com/charto.ediger.5/…/455925308230594/…

Объясню только, что на записи, матерясь и называя Юнусбека Евкурова дураком, чиновник Сунженской районной администрации рассказывает как он лично обходил границу района, межуя ее и прибавляя к ней куски «бесхозных» чеченских земель. Он говорит, что в районе Горагорска предлагал разместить российскую воинскую часть, чтобы этот участок не вернулся к Чеченской Республике, а на правом берегу Фортанги захватил территорию, принадлежавшую чеченскому лесничеству с 80-х гг. 20 столетия. Именно здесь он и называет главу Ингушетии дураком и хвастается, что в грубой форме выгнал представителя чеченского лесничества, прибывшего к нему, чтобы выяснить по какой такой причине их леса оказались за Ингушетией.

Таким образом, район Цеч-Ахка и Мереджа и при объединении Чеченской и Ингушской областей в один субъект в 1934-м и перед самым их разводом в начале 90-х был чеченским. Вопрос о неопределенности здесь границы не ставился прежде никогда и поэтому у ингушской стороны не было никаких законных оснований включать эту территорию в сферу соих «жизненных» интересов. Юнусбек Евкуров в своем телевизионном выступлении уже признал, что они это сделали в одностороннем порядке. Фактически – сжульничали. Такое признание дорогого стоит.
Но если глава Республики Ингушетия вдруг неожиданно впал в немилость у либералов (напомним только, что совсем недавно его открытость, доступность и пр. качества ими всячески возносились и открыто противопоставлялись диктаторским наклонностям его восточного визави, каждую встречу с ним облекая в тогу магического действа и даже культа из-за их регулярности) и верить его словам не особо теперь кому-то хочется, то посмотрим как в своих паспортах обозначены памятники архитектуры на территории Ц1ечой-Ахка, и Мереджа.Они есть в сети и найти их не составляло никакого труда «Кавказскому Узлу» тоже.

Вот паспорт памятника «Боевая башня №1» (код: 2000000123) на территории Цеч-Ахк (см. картинку 4).
На первой же странице видим отчетливо впечатанный адрес памятника: «ЧИАССР, Ачхой-Мартановский район, с. Цеч-Ахк». Чуть ниже более подробно описана дорога до него: «Грозный – Нижний Алкун, через перевал к реке Фортанга и далее по правому берегу вверх по склону…» К какому району территориально относится в этом месте правый берег реки Фортанги и названное выше родовое поселение орстхойцев, коих большая часть сегодня проживат на территории Чеченской Республики, кажется, не должно вызывать ни у кого сомнений. И это не документ, спешно нарисованный, как это делают в Ингушетии с картами, для оправдания экспансионистских планов в отношении своих соседей. Паспорт составлен в 1988 г. архитектором В.А. Кузьминым. О чеченской независимости и ингушской государственности тогда еще никто и в бредовом сне не слыхивал. Еще даже первый ингушского съезд не состоялся, с чего, собственно, потихоньку и понемногу стала разваливаться, сегодня всем на горе, единая тогда Чечено-Ингушетия.

Та же ситуация и с памятниками Мереджоя и с самим этим, давно уже не жилым селом. Приведу учетную карточку жилой башни №7 (код: 2000000109), расположенной на его территории (см. картинку 5).
Здесь, как видим, все тот же самый Ачхой-Мартановский район и все тот же самый архитектор В.А. Кузьмин с отметкой, что документ составлен 13 ноября 1988 г.

Недостаток документов, фактов, карт ингушские националисты из «Мехк-Кхела» и примкнувшие к ним якобы историки компенсируют густо домыслами, фабрикациями и изобразительным искусством по части рисования карт.
Причем, рисованными кем ни попадя: властями, занимавшимися, как выяснилось теперь, тайной прихватизацией, активистами, помешанными на том, чтобы «сапога» на юге их республики не было, просто любителями сглаженных форм и чужих исторических памятников. Одна из таких подложных, неизвестно кем состряпанная карта из вечно редактируемой – было бы только желание! – «Википедии» и оказалась на столе у картографов «Кавказского Узла». Итог получился вполне ожидаемый: чеченцы приобрели – ингуши потеряли.

Впрочем, винить картографов – это дело последнее. Они использовали для сравнения то, что было под рукой. Зачем им углубляться в историю вопроса, если только кликни в «Википедии» название того или иного региона и сразу всплывает карта?! Кто из них мог подумать, что у всех карты как карты, а у ингушской окажется приблудившийся чьими-то искусными художествами сапогозатыкающий кусок чужой земли.
Поэтому все эти «переходы», «подложки», «ГИС-программы» и прочая шебутень, коей утыкан материал «Кавказского Узла» – не стоя