Из рапорта начальника конвойных войск НКВД генерала Бочкова: «Товарищу Берии Л.П. Докладываю, что… всего принято для конвоирования и отправлено 180 эшелонов — по 65 вагонов в каждом, с общим количеством переселяемых 493 269 человек… Отправка эшелонов в пункты назначения началась 23.2.44 г. и закончена 20 марта…
Причинами смертности в пути являются: преклонный и ранний возраст переселяемых, вследствие чего отсутствовала необходимая сопротивляемость их организма изменившимся атмосферным и бытовым факторам».
В 1944 году в конюшне высокогорного аула Хайбах были заживо сожжены 705 человек Старики, женщины и дети высокогорного аула Хайбах не могли спуститься с гор и тем самым срывали планы депортации.
В 1990 году чрезвычайную комиссию по расследованию геноцида в Хайбахе возглавил Степан КАШУРКО.
В СССР эта трагедия была засекречена.
«Дался вам этот Хайбах! — сказал Степану Кашурко, Доку Завгаев, первый секретарь Грозненского обкома. — Ну, был до войны. А в войну не стало». Кашурко настаивал. Завгаев долго уходил от разговора, но все же признал: «Люди сгорели при депортации». И добавил: «Не кипятитесь! Был указ Сталина. Об этой истории говорить и писать запрещено».
КАШУРКО вернулся в Москву, чтобы найти архивные материалы. Документы специальной комиссии ЦК КПСС хранились у заведующего общим отделом ЦК. Пришлось обращаться к Горбачеву и он дал разрешение.
Председатель Чечено-Ингушского Совмина Сергей Беков предложил создать чрезвычайную комиссию по расследованию геноцида в Хайбахе. Председателем избрали Кашурко.
Приехав в Хайбах Кашурко увидел Родовую башню, обгоревшие столбы конюшни. И стариков-чеченцев — они добирались туда двое суток. Все кинулись на пепелище. К ужасу, нога Кашурко провалилась в грудную клетку сгоревшего человека. Кто-то закричал, что это его жена. Он с трудом высвободился из этого капкана. Очевидец сожжения Дзияудин Мальсагов (бывший замнаркома юстиции) рассказал плачущим старикам, что он пережил на этом месте 46 лет назад, когда его прикомандировали в помощь НКГБ. Людей прорвало. Говорили о сгоревших матерях, женах, отцах, дедах…
Части и подразделения НКГБ и НКВД расквартировали в республике под видом прибывших на отдых фронтовиков. Утром 23 февраля был передан радиосигнал «Пантера»: приступить к депортации всего населения. В шесть утра 150 тысяч оперработников НКГБ-НКВД и «СМЕРШ», солдат и офицеров войск НКВД ворвались в дома спящих людей (на каждого — по три мирных жителя). Везли на грузовиках до железной дороги, оттуда эшелоны из товарных и скотных вагонов помчались в степи Киргизии и Казахстана, оставляя на перронах тысячи незахороненных умерших. В 11 утра Берия телеграфировал Сталину: «Выселение проходит нормально. Заслуживающих внимания происшествий нет». Вечером Берия устроил в Грозном пир.
Накануне был снегопад. С гор нельзя было спустить женщин с детьми, больных и стариков. Всех немощных согнали в Хайбах, в ту самую конюшню колхоза имени Берии. Конвоиры объявили: не хотите замерзнуть — утепляйте сарай. И люди соломой и сеном обкладывали стены, устилали пол. Начальник Галанчожского оперативного сектора доложил об успехах командующему операцией комиссару госбезопасности 3-го ранга генералу-майору Гвишиани. Спросил, что делать с детьми: просят есть. «Накормим всех!» — ответил генерал. В 11 утра на радиосвязь вышел Берия — и все решилось. Поджигатели побежали вокруг конюшни, Гвишиани скомандовал: «Огонь!» Ударили пулеметы… Вскоре пошел дождь, гася пламя, — но люди были мертвы…
Кроме Мальсагова, были еще очевидцы — наблюдали издалека и не смели вернуться. Помнили об этом всю жизнь и не верили, что преступников накажут. Комисия составили акт обследования. Признали: уничтожение людей в Хайбахе — геноцид, виновников должно предать суду.
Ранее чеченцы в 1966 году пытались выкрасть Гвишиани. С помощью Звиада Гамсахурдиа прибыли в роскошный дом. Но судьба уберегла палача от ответа — ОНИ опоздали: разбитый параличом, он скончался. Горцы сказали только: «Шакалу шакалья смерть!»
Через неделю прокурор Урус-Мартановского района Руслан Цакаев возбудил уголовное дело за номером 90610010. Cледствие тянулось три года. В конце концов расследование было поручено военной прокуратуре Грозненского гарнизона, затем передано в Ростов-на-Дону… Но довести его до конца так и не удалось, судебно-правовая оценка этого тягчайшего преступления так и не была дана, преступники остались неназванными и безнаказанными.
ТАК МЫ ИХ НАЗОВЁМ.
1. Иосиф Висарионович Джугашвили ( Сталин). Руководитель СССР.
18.12.1878 г. — 5.03.1953 г.
2. Лавреннтий Павлович Берия. Руководитель НКВД.
17.03.1899 г. — 23.12.1953 г.
3. Михаил Максимович Гвишиани. Генерал НКВД
6.01.1905 г. — 6 .09.1966 г.
4. Список неполный и с помошью Всевышнего мы установим имена офицеров и рядовых солдат исполнявших приказ Гвишиани.