Чеченцы в Бранденбурге: когда семья важнее полиции

рубрика: Политика
Представители совета чеченских старейшин в Берлине

Откуда в Берлине и окрестностях столько чеченцев и как они пытаются адаптироваться в правовом государстве.

Автобус на ближайший вокзал проходит здесь лишь раз в 20 минут. С вокзала — еще минут 40 на электричке до центра Берлина. В этой лесной глуши в 40 километрах к северу от германской столицы расположено одно из общежитий для иностранцев, которые просят убежища в Германии — трехэтажное, окрашенное в желто-оранжевые цвета здание. Входная дверь заблокирована и открывается только по магнитным карточкам-пропускам, посетители обязаны регистрироваться, на стенах — сплошные предписания и правила поведения. А еще — пароль от WiFi, который установили в здании совсем недавно. И это — чуть ли не главное развлечение для жильцов. Как говорит один из проживающих здесь чеченцев, бесплатный интернет — главное спасение от скуки.

Навыки рукопашного боя

Один из постояльцев общежития — 50-летний уроженец Гудермеса Умар (свою фамилию он просит не называть). В Германии он уже пять лет, последний год — здесь.

Чеченский беженец в общежитии под Берлином
Чеченский беженец в общежитии под Берлином

Он просит не показывать лицо, отказывается рассказывать о причинах своего бегства из Чечни, чтобы не создавать проблем родственникам в Грозном. О своем прошлом он также говорит мало — упоминая лишь, что два десятка лет проработал в полиции, где овладел навыками рукопашного боя. И иногда они приходятся как нельзя кстати. В начале февраля Умар стал невольным участником драки в электричке на пути из Берлина.

По его словам, двое мужчин с короткими стрижками, татуировками и в ботинках на шнуровке напали на него, услышав как он произнес что-то по-русски. Драка, начавшаяся в поезде, продолжилась на платформе. Участников задержала полиция. Умар говорит, что старается избегать конфликтов. Но если доходит до них, готов постоять за себя.

Умар живет на пособие в 370 евро в месяц. Когда решится его судьба, он не знает. Но говорит, что возвращаться в Чечню ему нельзя. Таких, как он, в Бранденбурге сотни, если не тысячи.

Семь тысяч чеченцев в Бранденбурге

В ситуациях, когда немцы звонят в полицию, чеченцы звонят родственникам и друзьям — с этой теорией дружно соглашаются все чеченцы, с которыми разговариваешь в Берлине и его окрестностях. Семье они доверяют гораздо больше, чем правоохранительным органам.

По данным МВД Бранденбурга, в регионе зарегистрировано порядка 9700 граждан России. Но немецкие власти не ведут учет иностранцев по регионам происхождения (хотя в паспортах указано место рождения владельца и место выдачи паспорта), поэтому точное число чеченцев назвать не может даже министр внутренних дел Бранденбурга Карл-Хайнц Шрётер (Karl-Heinz Schröter).

Министр внутренних дел федеральной земли Бранденбург Карл-Хайнц Шрётер
Министр внутренних дел Бранденбурга Карл-Хайнц Шрётер 

В эксклюзивном интервью русской редакции Deutsche Welle он признает, что властям и полиции не всегда удается предотвращать бытовые конфликты между чеченцами и другими группами беженцев, которые чаще всего происходят в общежитиях. Министр говорит, что чеченцев отличает очень быстрая мобилизация соотечественников из других мест. Настолько быстрая, что немецкая полиция подозревает, что подобные акции готовятся заранее.

Такая ситуация сложилась прошлым летом в городе Котбус, где конфликт между чеченскими и афганскими беженцами разросся в масштабную драку, после которой полиция задержала два десятка чеченцев. По словам Шрётера, «чеченцы иногда воплощают в жизнь собственные представления о справедливости» — еще до приезда полиции.

Полиция — друг человека

Концентрацию чеченцев в Бранденбурге он объясняет практикой, принятой во время наплыва мигрантов 2015-2017 годов, — чтобы эффективнее использовать переводчиков, беженцев распределяли специализированно по федеральным землям. И Бранденбург оказался в числе земель, куда отправляли граждан Российской Федерации. Однако через некоторое время стало ясно: концентрация людей из одного региона в одном месте может создавать проблемы. И концепция была изменена — граждан России стали распределять и в другие федеральные земли.

Глава МВД Бранденбурга признаёт: немецким властям еще предстоит долгая и кропотливая работа, цель которой — убедить чеченских переселенцев в том, что полиция в правовом государстве — друг гражданина, а не его враг. И что в Германии бытовые конфликты решаются совсем иначе, чем на Северном Кавказе.

Совет старейшин как главный авторитет

Пока же чеченцы стараются не выносить сор из избы. В Берлине создан совет чеченских старейшин, который — среди прочего — решает конфликтные ситуации. Его руководители подтверждают: в случае конфликтов чеченцы обращаются к родственникам и друзьям, а не к полиции. Координатора совета зовут Магомет. По его словам, в правоохранительные органы отправляются с теми конфликтами, которые не в состоянии разрешить совет старейшин: «Но те конфликты, которые мы можем разрешить своим авторитетом, до полиции не доходят». Он приводит в пример спор между родственниками в берлинском районе Лихтенберг, закончившийся дракой: представители совета старейшин говорили с обеими сторонами конфликта до тех пор, пока они не помирились и не пообещали больше не возвращаться к конфликту. Подобное трудно представить себе среди немцев.

Ахмед Докудаев, представляющий совет чеченских старейшин Европы, считает ключевым фактором для интеграции чеченцев в немецкие порядки работу с общественностью и создание культурных центров. «Чтобы разрушить негативные стереотипы о чеченцах, надо больше общаться», — говорит он.

Работа над созданием такого социально-культурного центра в Берлине уже идет.

 

https://www.dw.com/ru/