ИСТОРИЯ ИЧКЕРИИ В ПОДЛИННЫХ ФАКТАХ И ДОКУМЕНТАХ И НЕПРЕДВЗЯТЫХ КОММЕНТАРИЯХ К НИМ

рубрика: Документы

 

Предисловие составителя

Подлинная история Ичкерии в настоящее время настолько извраще-на и засорена, что многим представляется задумкой кучки авантюри-стов во главе с Джохаром Дудаевым, как будто не было ни съезда чеченского народа, провозгласившего декларацию о своей воле по-строить суверенное государство, и не было декларации о суверени-тете Чечено-Ингушской автономной республики, к которым Джохар не имел никакого отношения во время их провозглашения.

Надо отметить, что созванный ингушской «элитой» еще в 1989 году съезд ингушского народа принял решение о своем самоопределении в рамках РСФСР. Увидев эту игру «ингушской элиты», Завгаев тоже решил поиграть в «элиту» в угоду М.С. Горбачеву и был жестоко наказан народными представителями за это свое легкомыслие, так как актеры этого действа подвели его, позволив радикально настро-енным силам, упертым в международное право, перехватить на са-мом съезде инициативу и провести формулировки своей декларации о самоопределении в рамках международного права. По замыслу Завгаева, съезд должен был вынести согласованное им с Оргкомите-том решение о рекомендательном характере решения съезда. Правда, одно другому не должно было мешать, разница была лишь в том, что в первом случае свою судьбу определял сам народ в лице Ис-полкома съезда (оказавшегося единственно легитимным исполни-тельным и представительным органом в суматошные дни безвластия августа-октября 1991года), а не кучка совков во главе с Д. Завгае-вым.

Надо отметить, что членами и руководителями Оргкомитета съезда были многие нынешние хулители независимости, открещивающиеся ныне от ее декларации. Так, один из них, А.Б. Паскачев, был членом Оргкомитета этого съезда и 1 секретарем Шалинского райкома КПСС – высшее должностное лицо района в ту пору, а Джохар Дудаев был лишь его гостем, приглашенным им на съезд как член его Оргкомитета. С момента провозглашения декларации независи-мости против нее осуществлялся заговор умолчания, ни одно офи-циальное издание (а неофициальным оргкомитет не дал его для пуб-ликации, автору этих строк в том числе.) республики не посмело опубликовать тогда подлинный текст декларации съезда народа. Та-мара Алиева, корреспондент гостелерадио СССР по ЧИАССР, взяв-шая интервью у участников съезда Саламбека Хаджиева и профессо-ра ГНИ Мухтара Магомадова, откуда советские люди узнали, что чеченский народ провозгласил свою независимость, в скором време-ни, по настоянию Завгаева, была уволена с работы за это злосчастное интервью, по сути – за добросовестное выполнение ею своих про-фессиональных обязанностей. С момента провозглашения деклара-ция стала самым «оберегаемым» Д. Завгаевым от общественности документом. По этой причине мы не можем привести его в этом сборнике документов. Вот как преподнес это событие корреспондент ТАСС Шерип Асуев своему агентству.

https://litlife.club/br/?b=231146&p=1

«25 ноября 1990 г. 20 ч. 30 м. Только что завершил работу в Гроз-ном общенациональный съезд чеченского народа.

Его делегаты, избранные по квоте – один человек от каждой тысячи чеченцев, единогласно приняли декларацию о государственном су-веренитете Чеченской республики Нохчичоь. В этом документе го-ворится, что чеченский народ высоко ценит союз национальных рес-публик и готов быть суверенным и равноправным субъектом союз-ного договора и союза суверенных республик.

Съезд чеченцев принял ряд обращений к народам Северного Кавка-за. Его делегаты постановили просить Верховный Совет Чечено-Ингушской автономной республики, который собирается завтра, 26 ноября, утвердить на сессии решения общенационального съезда, выразившего волю почти миллионного чеченского народа.»

https://litlife.club/br/?b=231146&p=1

Понятно, что декларация съезда не нуждалась в утверждении депу-татов на птичьих правах – в союзной иерархии. Как раз делегаты съезда и обладали легитимностью принимать подобное решение.

Для дополнения картины, надо сказать несколько слов о политиче-ской атмосфере тех лет в республике, о самом Завгаеве и о Деклара-ции Верховного Совета ЧИАССР, принятой под его руководством. Исключается то, что она не была принята без руководящего одобре-ния самого Горбачева. Осторожному Завгаеву нужна была гарантия, что он усидит на своем месте, а ее мог дать только Горбачев. ЦК КПСС мог в любой момент сместить его со своего поста. Оказалось, что озвучивание декларации вырезали даже из съемки Гостелерадио ЧИАССР. (Правда, там работало несколько камер зарубежных гос-тей. Если что и узнаем о подлинном тексте провозглашенной на съезде декларации, то лишь от хозяев этих камер.) Съезд чеченцев принял ряд обращений к народам Северного Кавказа. Его делегаты постановили просить Верховный Совет Чечено-Ингушской авто-номной республики 26 ноября, на сессии, утвердить решения обще-национального съезда.

Доку Завгаев был заложником Центра – ряд депутатов, ориентиро-ванных на него и имевших большинство в Верховном Совете, могли сместить его с поста: благодаря их голосам он стал первым лицом – нашлись и такие «чеченцы», которые голосовали за альтернативную русскую кандидатуру. Видимо, поэтому Джохар так настойчиво до-бивался от Верховного Совета учреждения поста президента ЧРИ (что было одним из решений съезда) и выдвижения Завгаевым кан-дидатом в президенты народным голосованием, что развязало бы ему руки для выполнения решения съезда и Верховного Совета, в чем его должен был поддержать Исполком. В самом Исполкоме Джохар этой поддержки к тому времени уже добился, так как убедил большинство его членов, что добиться независимости во главе с Зав-гаевым будет легче, чем с ним, хотя многие были категорически настроены против Завгаева.

Сегодняшнему поколению чеченцев трудно будет представить себе, что, чеченцы были тогда на своей земле людьми второго сорта, а по большому счету – никем. Что долгое время (они не знают, что до па-дения коммунистической власти в республике существовал запрет прописки чеченцев и ингушей в Грозном) горком и горисполком Грозного в своем антиконституционном решении запрещал прописку рядовых чеченцев и ингушей в Грозном и прокуратура республика сквозь пальцы смотрела на эту дискриминацию чеченцев и ингушей на своей земле, а в школах формальной столицы чеченцев и ингушей не преподавался родной им язык. Ни один народ СССР не был так унижен, как были унижены тогда чеченский и ингушский народы в их общей республике. Они жили в условиях апартеида на основании актов, принятых неконституционными органами власти, а прокура-тура республики, надзирающая над законностью, попустительство-вала этому.

В год провозглашения независимости республика дала в союзную казну на 29 млрд. продукции и получила обратно в свой бюджет из этой копилки всего 180 млн. рублей – такой чудовищной несправед-ливости не было ни в одной другой автономии СССР. Республика жила на перегретом котле, который и рванул в августе-октябре 1991 года. А теперь можно подсчитать, сколько бюджетов республики умещалось в 29 млрд.

Надо приоткрыть завесу над принятием Верховным Советом своей декларации о суверенитете республики. В ее основе лежали не толь-ко патриотические чувства, а больше меркантильные интересы вер-хов: Верховный Совет СССР 26 апреля 1990 года принял закон СССР разграничении полномочий между Союзом СССР и субъекта-ми федерации (по которому автономии были признаны экономиче-ски субъектами СССР). По нему ни СССР, ни РСФСР не могли, как раньше, самовольно присваивать в свою казну продукт, произведен-ный в республике без должной компенсации: и депутаты не могли не видеть, что сулит им и республике такой расклад. Такое самоопреде-ление устраивало всех, да и коррумпированной верхушке было куда запустить руку – но все это зависело от вынужденной, в силу обсто-ятельств, «доброй» воли Кремля и могло быть переиграно им в лю-бой удобный ему момент. А Исполком ОКЧН, во главе с Д. Дудае-вым, не хотел верить в эту добрую волю Кремля и вели корабль че-ченской независимости в фарватере международного права, исходя из декларированного уставом ООН безусловного права народов на самоопределение, и привели его – ценой тяжелых потерь – к конеч-ному пункту – независимости, тем самым реализовав решение съезда о самоопределении и многовековую волю чеченского народа на по-строение своего государства.

А принятая Верховным Советом декларация превратилась в пустую бумажку, так как не нашлось ни одного депутата, готового бороться за нее. Ни один депутат, принявший декларацию о суверенитете рес-публики, не вышел на площадь с протестом против ГКЧП, как сдела-ли это члены ОКЧН и ВДП 19 августа1991 года. В этом они оказа-лись заодно с путчистами, позволив местной милиции и КГБ аресто-вать Зелимхана Яндарбиева за этот митинг-протест.

Единственным народом в СССР, в открытую выступившим против ГКЧП и коммунистической власти у себя, был только чеченский народ, столько натерпевшийся от нее.

Первое, что сделал народ – скинул с постамента «вождя мирового пролетариата». И увидев, что мир не рухнул после этого, народ осмелел и осознал, что единственная власть и сила в республике это он. Да и Джохар много способствовал этому. Ни одно судьбоносное решение, принимаемое им, не принималось без совета с членами Мехк-Кхел и одобрения этого решения митингом.

Был еще такой курьезный момент, когда, возомнивший себя пупом земли Руслан Хасбулатов направил в республику своих подручных – Саламбека Хаджиева и Асламбека Аслаханова – привезти к нему в железной клетке недолюбливавших его и союзного министра Хаджиева за их сомнительное» «чеченство». Два эти типа и принесли в республику первую войну: первый, будучи спикером российского парламента, сорвал в декабре 1992 года взаимное признание сторон, а второй, въехав во вражеском обозе в качестве российского холуя, приложил немало усилий для подавления сил Сопротивления.

Надо было быть круглым идиотом – как дать в этой обстановке та-кое дурацкое распоряжение, так и взяться за его выполнение. Но Джохар быстро остудил пыл этих гонцов, заявив им: «Передайте там, в Москве, что отныне казнить или миловать своего руководите-ля будет сам чеченский народ, а не московский чиновник!»

P.S.: Наверное, до и после, Доку Завгаев не раз сожалел о своей медлительности с выполнением решения съезда об учреждении поста президента и своего выдвижения на этот пост от имени народа, а не предавших его депутатов. Своей осторожностью и слепой верой во всемогущество родной партии Завгаев переиг-рал самого себя. Они с Джохаром были совершенные антиподы: для первого чеченский народ был всего лишь людской массой, Джохар боготворил свой народ и очень гордился, что принадлежит ему. Его дух и был для него тем «тайным оружием – къоман къайле», о котором он частенько говорил, как об оружии возмезд-ия.

Пока существуют такие народы, как чеченский, у человечества есть надежда.

Вадим Белоцерковский – писатель, философ, политический обозреватель радио Свобода.

Когда нам пришла в голову мысль составить этот сборник докумен-тов об оболганной российской пропагандой истории независимого чеченского государства Ичкерия, мы руководствовались в первую очередь желанием предоставить каждому чеченцу возможность составить самому на основании представленных ему документов соб-ственное представление о той, непростой для осмысления без верно-го поводыря, героической поре истории его народа.

Чеченский народ в составе РФ обречен уйти в историческое небытие и исчезнуть, в первую очередь, в силу деформации его менталитета колонизаторской сущностью метрополии с присущей ей унификации всего и вся. Менталитет чеченцев столетиями формировался ведением натурального хозяйства при общинном землевладении и общин-ном решении своих внутренних проблем в широком спектре этого вопроса.

Эти страхи проистекают из опыта прошлого России – ее отношения к колонизированным ей народам.

Подытоживая опыт взаимоотношений с метрополией, скажем:

Россия с его оголтелым реваншизмом сегодня выпала из обоймы цивилизованных стран, потому чеченский народ должен найти в этой цивилизации свое законное место, так как он – детище легендарной чеченской Шемы – Шумерии.

В силу вышесказанного, вопрос будущего чеченского народа неотделим от его суверенитета в своем праве на внутреннее обустройство своей жизни. Многочисленные ходоки, курьировавшие из россйского властного олимпа в Грозный ничего кроме прежней колониальной модели ему не предлагал. Союзный договор, который Д. Завгаев должен был подписать чеченцев устраивал. Война с Россией была неизбежна и Джохар это ясно понимал и по своему готовился к ней,что показал августовский 1996 года пинок под зад российской военщине.

Перед Вами не художественное произведение и не научное исследование. Это хроника. Она рождалась изо дня в день, из часа в час. Работая собственным корреспондентом телеграфного агентства бывшего Советского Союза, превратившегося в информационное агентство России — ИТАР-ТАСС, автор был очевидцем всех событий в мятежной Чечне и пытался в меру сил и возможностей довести их содержание и логику до мировой общественности.

Асуев Шерип

 

Так это было

Перед Вами не художественное произведение и не научное исследование. Это хроника. Она рождалась изо дня в день, из часа в час. Работая собственным корреспондентом телеграфного агентства бывшего Советского Союза, превратившегося в информационное агентство России — ИТАР-ТАСС, автор был очевидцем всех событий в мятежной Чечне и пытался в меру сил и возможностей довести их содержание и логику до мировой общественности.

Перед Вами сообщения, переданные из гущи событий. Порой — в чрезвычайной спешке. Сейчас — в более спокойной обстановке — видишь, что можно было бы улучшить стиль, чуточку переместить акценты и подправить оценки. Но надо ли?

События в Чечне ещё найдут своих исследователей, историков и, может быть поэтов. Возможно, кому-нибудь из них эта хроника поможет вспомнить тот или иной факт, позволит сверить своё восприятие с мнением самих участников событий, в крайнем случае даст возможность вновь окунуться в стихию действий восставшего народа.

Я не приемлю революционной риторики и потому сознательно избегаю термина «Чеченская революция». Что это на самом деле было и есть -покажет время. Могу только заверить, что, излагая суть событий, я не следовал никакой идеологии: ни московских правителей, ни сторонников Джохара Дудаева, ни его противников.

Всё объять, как известно, невозможно. Что-то в хронике, безусловно, упущено. Но в пик событий из Грозного ежесуточно передавалось 10–12 и даже больше сообщений. Ситуация менялась прямо на глазах. В текстах потому и указано время выпуска сообщений по электронному хронометру — точное московское время.

В книге использованы работы местных и приезжих фоторепортёров, документы и другие оригинальные материалы.

Буду признателен за любые замечания к хронике.

Ш. Асуев

Часть 1

Так начиналось (май 1988 — август 1991)

23 мая 1988 г. 10 ч. 08 м. Вчера, 23 мая, поздно вечером в Грозном на центральной площади с 20.30 до 24.00 проходил стихийный митинг нескольких тысяч людей против строительства биохимического комбината в городе Гудермесе, что в 40 километрах от Грозного.

Строительство комбината начато в 1985 году. Первая очередь по производству лизина должна быть пущена в строй в будущем году. В последнее время страсти вокруг этой стройки разгорелись с новой силой после известных публикаций в центральной печати материалов о биохимических производствах.

Около месяца назад стихийный митинг прошёл в Гудермесе. Люди однозначно требуют прекратить строительство и перепрофилировать стройку. Попытки руководства республики овладеть ситуацией с помощью специалистов, средств массовой информации желаемого результата не дали.

Вчера в полдень около полутора тысяч человек снова собрались в Гудермесе и неудовлетворёнными ответами на свои вопросы местных руководителей, а также выехавших из Грозного руководителей автономной республики пешком направились в Грозный.

Органами охраны правопорядка были предприняты несколько попыток остановить людей. Тем не менее около ста человек добрались до центральной площади Грозного. К 11 часам вечера на площади было уже примерно 3–5 тысяч человек. Выступавшие утверждали, что милиция по дороге применяла силу, есть задержанные. Руководство МВД республики это отрицает.

В ходе стихийного митинга проявился знаменательный симптом. В отсутствии первого секретаря Чечено-Ингушского обкома партии перед собравшимися выступали и просили их разойтись, не нарушать порядок, дать время для рассмотрения вопроса второй секретарь обкома партии, председатель Совета Министров, председатель Президиума Верховного Совета Чечено-Ингушетии, председатель Грозненского горисполкома, другие товарищи, но убедить людей никто из партийных и советских работников не смог. Сделал это своим религиозным авторитетом и страстью убеждения глава мусульман Чечено-Ингушетии Ш. Газабаев. По его просьбе толпа согласилась дать для рассмотрения вопроса две недели. По истечении этого срока договорились собраться здесь же снова и устроить сидячую забастовку.

7 августа 1988 г. 18 ч. 12 м. В Чечено-Ингушетии вот уже четвёртый месяц почти в каждое воскресенье проходят митинги. Начались они с города Гудермеса, что в 40 км от Грозного, против строящегося здесь с 1985 года биохимического комбината. Люди, обеспокоенные статьями в центральных газетах о вредности подобных производств, требовали прекращения строительства. Многочисленные встречи и беседы, проводимые партийными, советскими работниками, специалистами, в том числе и из Москвы, о безвредности этого конкретного производства результата практически не дали.

Начиная с 12 июня митинги проходили в Грозном. Инициативу их организации и проведения взяла на себя возникшая в Грозном общественная организация «Союз содействия перестройке» во главе с сорокалетним Х. Бисултановым, инженером вторчермета. Официально организация не зарегистрирована.

На стихийных митингах зримо проявилось неумение местных партийных и советских работников напрямую контактировать с людьми в сложных условиях. Митингующих пытались запугивать возможными карами, их объявляли «жалкой толпой», никого не представляющей. А тысячи людей, собиравшиеся на центральной площади Грозного, перед зданием областного комитета партии и на местном стадионе «Динамо», требовали без каких-либо условий прекратить строительство предприятия. Их не успокоили и принятые дополнительные меры по повышению экологической безопасности производства. Страсти от митинга к митингу накалялись. Стали подниматься: не только экологические, но ряд других «больных» вопросов: проблемы социальной справедливости, узловые моменты сложной истории Чечено-Ингушетии, сегодняшнее состояние национальных отношений в автономной республике. На одном из митингов люди скандировали: «Долой Фотеева!» (первый секретарь обкома КПСС), «Долой Керимова!» (председатель Совета Министров ЧИАССР), «Долой Бокова!» (председатель Президиума Верховного Совета ЧИАССР). Резкое возмущение у них вызывало и упорное молчание местных газет. Действительно, в городе уже несколько недель шли многотысячные митинги, а средства массовой информации вначале делали вид, что ничего не происходит. Лишь позже к освещению митингов и к комментированию происходящих событий были привлечены радио, телевидение и газеты. Следует указать, что самим митингующим позиция местных средств массовой информации крайне не нравится. Они обвиняют газетчиков, в частности редактора газеты «Грозненский рабочий» в необъективности и уже подали в суд на эту газету и местную студию телевидения.

22 июля в Грозном состоялось собрание партийного актива и представителей общественности Чечено-Ингушетии с повесткой «О негативных проявлениях, имевших место на митингах в гг. Гудермесе и Грозном». С докладом выступил первый секретарь обкома КПСС В. К. Фотеев. В резолюции, опубликованной газетой «Грозненский рабочий» 23 июля, в частности, сказано: «На стихийных митингах всё больше берут верх откровенные подстрекатели, преследующие свои корыстные цели, использующие для этого справедливое беспокойство людей состоянием экологии в республике. Действия этих подстрекателей нельзя назвать иначе, как неблаговидными, опасными по своим последствиям. «Резолюция решительно осудила «неправильные действия отдельных экстремистски настроенных лиц». Продолжение на-   https://litlife.club/books/231146/read?page=1