Жертва ракетного удара оккупантов: Будь ты проклята, Россия!!!

рубрика: Разное

21 октября 1999 года  я находилась на центральном рынке г. Грозного, к вечеру, где то после 16.00, внезапно были нанесены эти удары в первую очередь по центральному рынку.
Я стояла за своим столиком, где я продавала мясо и мясные продукты, рыбу и рыбные продукты.

Меня видно оглушило, я увидела парня, который упал через стол с оторванной головой, а потом пошёл запах палённого мяса, я стала оглядываться вокруг, не могла понять, что происходит. Была мертвая тишина и все лежали, я поняла, что кто то нас убивает и поняла, что срочно надо дойти до своей квартиры.

Не могу описать боль, которую чувствовала, хотелось облиться ледяной водой. Дошла или доползала? Двери выбиты, окна тоже, все люстры вместе со штукатуркой на полу. Хочу вытянуть матрас с кровати, отряхнуть и лечь в сторону КААБЫ.
Чувствую ухожу, всё горит…Наконец легла.

Тут незадолго слышу голоса, сестра, МАМА, куда то везут, лежим на асфальте, опять куда то везут, кто то лежит поверх меня и стонет сильно, умирает,выгружают, коридор тёмный и кровь по щиколотку, перетягивают руку выше плеча, укол, спина болит сильно, опять везут, лежим на асфальте, мужчина подходит в белом халате берет на руки несёт куда то по этажам, просыпаюсь от холода, лежу на операционном столе, утром чувствую облегчение, мне удалили раздробленную руку, удалили глаз ,там что то заштопали, в животе зияющая дыра.

Начинают бомбить, бомбят без передышки. Лежим все в подвале больницы, заносят и заносят раненных, слышу Ля ильляха Иль ляляхь! Парень лежит около меня без двух ног, следующий, которого придавило плитами и.т.д. Заканчиваются медикаменты, бомбят без перерывно именно больницы, надо уходить мелькает мысль. Но как?

Посылаю сестру, чтоб нашла машину и вывезла меня в Ингушетию. Врач даёт скорую, выезжаем, стоим на границе Ингушетии 48 часов, не пропускают, не могу терпеть боли, возвращаемся в Грозный. Больница собирается эвакуироваться, посылаю сестру за машиной ( не думаю, что подвергаю её опасности) говорю заплати один миллион, если отвезёт в Хасавюрт.

Приезжает на старой волге, меня укладывают на заднем сидении, едем до гирзеля, не пропускает российский блокпост, матерятся на чём белый свет стоит. Таксист бросает нас там уезжает. Кричат расходитесь будем стрелять, теряю сознание, швы все разошлись, всё переклеенно скотчем, раны гниют, переплываем через реку, наконец в Хасавюрте…

Через 7 месяцев встаю на ноги, ноги дрожат, голова кружится, возвращаюсь в Грозный, всё черным черно, всё сожжено, дома оставшиеся превращены в туалеты……

И никто не ответил, никто не извинился, как будто ничего не произошло, как будто мы не люди, мы даже не заслужили маленького внимания, никто не считает себя виноватым перед нами, раненными не законно. Нас даже не признали инвалидами русско-чеченской войны.

Тем, кто проходил медицинское обследование на пенсию по инвалидности, поставили диагноз ,,Общее заболевание» и никому нет дела о ГЕНОЦИДЕ совершённом над народом Чечении…

А сейчас все живут и кричат, что мы не хотим стабильности страны, что мы завидуем тому, что Чеченская республика цветёт и пахнет!

Я уверенна, что это будет повторяться переодически, если сейчас это простить.

Есть среди нас и такие, которые гордятся, что мы опять и снова в составе этой Дьявольской страны, у которой нет ни чести, ни совести, ни флага!

Будь ты проклята!!! Россия!!!

Raisa Khamzayeva